Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
– Тогда выходи за мистера Бернхэма, – умоляюще произнесла Айрис.
– Я не могу.
– Да почему, дьявол тебя забери?
От ругательства Флер словно подбросило. Она быстро заморгала.
– Это из-за Мэри-Клэр? – спросила Айрис.
Флер медленно подняла голову. В покрасневших глазах стояли слезы. Сердце сжималось при взгляде на нее. Она ничего не ответила, но этого и не требовалось. Айрис знала ответ.
Этим утром Мэри-Клэр обо всем рассказала. Если Флер выйдет замуж за арендатора, разразится колоссальный скандал. Ей откажут во всех домах местной знати.
– Мы, британцы, всегда плохо думаем о тех, кто имеет смелость изменить социальный статус на более низкий или высокий, – криво усмехнулась Айрис.
– Вот именно! – Улыбка Флер получилась неуверенной и невеселой. Она коснулась пальцами тугого бутона розы, погладив бледно-розовые лепестки, и внезапно спросила:
– Вы знаете, что здесь почти сто сортов роз?
Айрис покачала головой.
– Их вырастила моя мать. Она многому меня научила. – Флер показала на стебли, тянувшиеся вверх у нее за спиной. – Вот это – махровые розы. Людям они нравятся, у них цветы с множеством лепестков. – Наклонившись, она понюхала цветок. – И они хорошо пахнут.
– Центифолия, – пробормотала Айрис.
Флер удивленно приподняла брови.
– О, так вы что-то знаете о розах.
– Да, кое-что, – призналась Айрис. Она не знала, куда заведет их этот разговор, но хорошо хоть, что Флер перестала лить слезы.
Какое-то время та молча разглядывала цветы.
– Теперь посмотрите на эти, – сказала Флер. – Это епископские розы. У них все бутоны одинакового розового оттенка. Моя мать любила единообразие.
– Очень красиво, – заметила Айрис.
– Да, не правда ли? – Флер сделала несколько неуверенных шагов и остановилась, чтобы понюхать цветки. – Но это не единственный способ вырастить красивый сад. Я могу отобрать пять или десять видов центифолий. И получить от них пурпурные цветы. Нет никакого смысла в том, чтобы все они были одинаковыми.
"Айрис кивнула. Теперь стало понятно, что Флер говорит совсем не о розах.
– Я могу вырастить и мускусные розы. Или французский шиповник. В регулярном саду, как этот, они будут смотреться неожиданно, но ведь все равно вырастут.
– И будут прекрасно себя чувствовать, – тихо добавила Айрис.
Флер пронзительно посмотрела на нее.
– Вот именно, – согласилась она и со вздохом опустилась на каменную скамью. – Дело не в розах.
