Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
– Мне нужно будет подыскать другую книгу. Эта, боюсь, закончится быстрее, чем я ожидала.
Подойдя к столу, Ричард выдвинул для нее стул.
– Что вы читаете? – поинтересовался он.
– Еще один роман мисс Остен – «Мэнсфилд-Парк».
– Не знаю такой. Я не думаю, что сестры читали его.
– Он не такой романтичный, как другие ее произведения.
– Тогда это все объясняет. Вряд ли он понравится Флер.
– Ваша сестра такая романтичная натура?
Он открыл было рот, но так и не сказал ни слова. Как ему описать Флер? В последнее время он недолюбливал ее.
– Думаю, да, – наконец выдавил Ричард.
Было видно, как это удивило Айрис.
– Вы думаете?
Он почувствовал, что улыбается. Робко и застенчиво.
– Это не те вещи, которые обсуждают с братом. Все, что связано с романтикой, я имею в виду."
"– Ну, наверное. – Айрис пожала плечами и воткнула вилку в картофелину. – Я уж точно не стала бы обсуждать такие темы со своим.
– У вас есть брат?
Она удивленно посмотрела на него.
– Конечно, есть.
Дьявол, он должен был это знать.
– Джон, – сказала Айрис. – Он у нас самый младший.
Это было еще более удивительно.
– Вашего брата зовут Джон?
Она весело рассмеялась.
– Это шок, я понимаю. Его должны были бы назвать Флорианом или Бэзилом[7]. А то так нечестно!
– А как насчет Уильяма? – предложил он. – В честь Суит-Уильяма[8].
– Это было бы даже более жестоко: носить имя цветка и оставаться абсолютно нормальным.
– О, перестаньте! Айрис, конечно, не Мэри или Джейн, но уж не так это и необычно.
– Не в этом дело, – сказала Айрис. – А в том, что нас – пятеро. То, что представляется обычным и обыденным по отдельности, вместе становится настоящим кошмаром. – Ее глаза оживились.
– Что такое? – спросил Ричард. Ему хотелось знать, что в ней вызвало такое веселье.
В ответ Айрис покачала головой, явно стараясь не засмеяться в голос.
– Скажите мне. Я настаиваю.
Она наклонилась к нему, словно собираясь поделиться величайшим секретом.
– Если бы Джон родился девчонкой, его назвали бы Гортензией.
– О боже!
– Понятное дело. Мой братец очень и очень счастливый мальчуган.
Ричард хмыкнул и внезапно осознал, что они совершенно свободно разговаривают вот уже несколько минут. И не просто свободно. Она оказалась исключительно приятной собеседницей, его молодая жена. Может, все сработает как надо. И он сейчас взял первый барьер…
– Почему ваш брат отсутствовал на венчании?
– Его оставили в Итоне, – пояснила Айрис.
