В теплом свете святого алтаря стояли девушки в белоснежных нарядах — каждая уникальна по своим чертам и манерам. Жрецы, в праздничных рясе, торопливо шептались за их спинами. Лишь одна из них сохраняла спокойствие, готовясь к важному действию.
-Возможно, для тебя это новость, но прежде, чем принять решение, я всегда его сначала обдумываю. И как бы тебе это не нравилось, матушка, решение мной уже принято, - спокойно, но уверенно заявил мужчина, поднимаясь из-за стола.
-Если ты надеешься, что мы с твоим отцом дадим тебе позволение… - недовольно произнесла Клер.
-Мне жаль тебя разочаровывать, но ты сама развязала мне руки этим приемом. Устрой ты обед, можно было бы говорить о позволении, а теперь, когда я объявил о нашей помолвке с Тамией… Не думаю, что ты захочешь выставить нашу семью посмешищем, рассказывая всем, что не давала своего согласия на наш брак.
За столько лет, он уже должен был привыкнуть к холодному равнодушию матери, по отношению к своим детям, но отчего-то душу жгло разочарование. Клер прекрасно понимала, что поступок Альеты причинил ему невыносимую боль.
Но даже в этой, казалось бы, однозначной ситуации, Клер приняла сторону девушки! Не сына, а чужой невесты! Причиняя тем самым своему сыну очередную боль. Сверр всегда относился к женщинам с уважением, несмотря на то, что старался держаться от них на почтительном расстоянии. И лишь благодаря Хенрике и Альете, он был уверен, что не все женщины похожи на Клер…
Альета с нетерпением ждала возвращения Клер, вместе со Сверром.
До последнего, она была уверенна в том, что мужчина простит ее, невзирая на уязвленную гордость. Его слова о помолвке, не сразу дошли до девушки. Она не верила, надеясь, что это глупая шутка и Сверр просто решил отомстить ей, за то, что она променяла его на другого.
Сверр души в ней не чаял, и она не стеснялась этим пользоваться.
Вот только сама девушка ничего к нему не испытывала. Он не был так красив, как ее несостоявшийся жених-дипломат, но довольно привлекательный. Не так богат и не имел высокого статуса при дворе. Да, его ценил король, но для Альеты этого было мало.
