В теплом свете святого алтаря стояли девушки в белоснежных нарядах — каждая уникальна по своим чертам и манерам. Жрецы, в праздничных рясе, торопливо шептались за их спинами. Лишь одна из них сохраняла спокойствие, готовясь к важному действию.
И вдруг, ее взгляд упал на странную дымку, которая скрывала часть сердца."
"Руки затряслись и Тамия выронила нож, которым аккуратно резала стейк.
Неужели проклятье вернулось?
-Милая, что? - отец быстро встал со своего места и приблизился к дочери.
-Как ты себя чувствуешь? – вопрос дочери заставил генерала на миг замереть.
-Прекрасно… В чем дело? – в голосе отца, Тамии послышалось волнение, но оно не было связано с ее вопросом о здоровье. Как только генерал понял, что с дочерью все хорошо, вернулся на свое место.
-Если ты решила меня так отвлечь, то у тебя ничего не выйдет! Этот сын болотной…
-Его мать, между прочим, очень красивая женщина, хотя… характер у нее, наверное, действительно похож на ту самую чешуйчатую, - с усмешкой перебила отца Тамия. Громкий смех генерала разнесся по столовой, вызывая на лице девушки открытую улыбку.
-Милая, ты хорошо подумала? Я могу взять этот договор на себя…
-Чтобы отдать долг своей жизнью?! Нет! – Тамия была уверена, что отец рано или поздно поднимет эту тему.
-Отец, это всего лишь на год или два… Не большой срок, с учетом того, что Сверр помог вытащить тебя с того света! – уверенно заявила Тамия, заметив, что отец полностью успокоился. Тем более, чтобы разорвать договор, Алесу нужно было получить согласие дочери, которое она не собиралась давать.
-Скажи мне, дочь, а если бы на месте Сверра, оказался Глоде, ты была бы так же непреклонна? – генерал неспроста интересовался. Пусть Тамия и скрывала, но он видел, что Сверр нравиться дочери.
-К чему этот вопрос? – Тамия замешкалась, а генерал лишь утвердился в своей догадке.
-Ты права. Вопрос был глупый, - произнес мужчина, пряча улыбку в фужере с вином.
-Если мы закончили, я бы хотела узнать подробности нападения Глоде, - девушка поднялась из-за стола и ухватившись за руку отца, проследовала с ним в сторону кабинета, где никто не сможет их услышать.
-И долго ты будешь меня мариновать? – девушка сложила руки на груди, в ожидании рассказа. Они сидели в кабинете уже более десяти минут. Тамия «видела», что отец копается в лежавших на столе бумагах, которые для него оставила дочь. Эти отчеты были ею проверены и сложены в соответствии с датами.
