Я дышу ароматом духов, знакомый из кареты Ландара и бала среди богемной красотки с платиновыми волосами. Радость пульсирует в крови, но я сдерживаюсь. Адриан подает реплику - вопрос прямо сейчас. Внутри что-то сворачивается в жгут, требуя ответа. Я — куртизанка, а он — партизан....
– Все хорошо, – шептала я. – Потерпи… Потерпи, мой хороший…
Я почувствовала, что вот-вот заплачу. Мои руки тряслись, а покачивалась. Меня начало знобить так, что зубы застучали.
– И этот жив, – произнес доктор Морган.
– Ну погоди! – процедила я, вставая. – Я своими руками тебя убью! Отойди!
Я двинулась, тяжело дыша в сторону Ландара.
– Остановись! – послышался знакомый голос.
Он прозвучал так властно, что меня словно оцепенение взяло.
– Довольно, – добавил голос, на который я обернулась. На ступенях двореца стояла королева.
– Живы? – спросила она.
– Д-д-да, ваше величество, – прошептал доктор Морган, пряча окровавленную манжету за спину.
– Оба? – спросила королев в абсолютной тишине.
– Д-да, – выдохнул доктор Морган.
– Это хорошо, – ответила Виттория, глядя на Адриана и Ландара. – Я видела достаточно.
Она кивнула чародеям, а те бросились к Адриану и Ландару, оказывать помощь.
Я осталась стоять в растерянности и страхе. Мне казалось, что сейчас меня арестуют. Доктор Морган тоже выглядел напряженным. Он все время смотрел на меня.
– Посчитать убытки. Оценить ущерб, – приказала королева.
Я видела, как старый колдун склонился над Адрианом, а потом положил руки ему на грудь. Теплый золотистый свет стал впитываться в Адриана, а старик закрыл глаза.
– Адриан, – шептала я, понимая, что все уже не имеет значения. – Адриан…
– Мадам, вы бы не могли не мешать? – послышался голос старика.
Я отошла, с тревогой глядя на лечение.
– Вас зовет ее величество, – послышался тихий голос мне на ухо. Я обернулась, видя того самого лакея. Королева уже покинула ступени, вернувшись во дворец.
Я встала, отряхнула юбку и направилась по ступеням. На последней ступени я обернулась на Адриана, но тут же поспешила за лакеем.
– Присаживайся, дорогая моя, – заметила королева. Перед ней стояла чашка с чаем. На столе лежала карта."
"Я послушно присела в кресло, чувствуя себя провинившейся школьницей под натиском строгого взгляда.
– Ты меня разочаровала, – произнесла ее величество. На этих словах я сжалась в комочек.
– И восхитила одновременно, – тут же добавила ее величество. – Ты не смогла уговорить Адриана, чтобы он принял корону после меня.
Я шумно вздохнула.
– С другой стороны, зная, упрямство Адриана, я не удивлена. Но все-таки я надеялась, – послышался голос. – Меня восхитила твоя стойкость. Я наблюдала за тобой.
