После разоблачения тайны и развода героиня сталкивается с новым испытанием. Королевский совет дает ей месяц, чтобы решить судьбу сына. Бывший муж готов на все ради мести и отомщения. Женщине предстоит отчаянная борьба за право остаться с любимым ребенком.
Доктор Морган явно поселился во дворце, чтобы помочь ей оправиться от удара. Но что будет если ее величество умрет?
– Приехали модистки! Они готовы создать самое красивое свадебное платье! – послышался голос Марии.
О, нет! Только не это! Я скривилась, понимая, что на ближайшие шесть часом я могу не планировать ничего.
– Вам еще нужно будет подписать приглашения! – послышался голос Марии.
Ну давай, закапывай меня.
– Совсем немного. Двести тридцать шесть штук! – добавила Мария.
Глава 37
Цифра в двести тридцать шесть штук заставила меня покачнуться. Бедные викторианские невесты! Неужели все это обязательно?
Модистки уже ждали меня, а я чувствовала, как у меня подергивается глаз.
– Мы привезли лучшие ткани, – с радостным воодушевлением заметили модистки, а я увидела мотки белых кружев, переливы атласа и сверкание фатина.
Роскошный старинный каталог открылся, пока я выбирала модель.
– Прибыл свадебный художник, – послышался голос Марии.
Так, погодите! Здесь есть даже фотография! Зачем ху…
В комнату чинно вошел дядька с мольбертом.
– А можно обойтись фотографией? – спросила я, пока модистки разворачивали модный лагерь и доставали тесемки, жемчужины и что-то вроде магической швейной машинки с красивой золотой надписью “Лингер”.
– О, что вы! Это древняя свадебная традиция! – засуетилась Мария, помогая художнику расположиться в комнате. Он открыл потертый кожаный чемоданчик и стал доставать краски, глядя на меня то так, то эдак. Потом он поднял в воздух кисть, нахмурил брови, словно что-то измеряя. Сам себе хмыкнул и принялся делать какой-то набросок угольком.
– Мадам,– налетели на меня, увлекая на пуфик.
Вокруг меня началась такая канитель. Кто-то что-то прикладывал, отмерял.
– Анмалусское кружево! – слышала я просьбы, – Шпильки! Булавки!
Я уже стояла в панталонах и маечке, стараясь соблюдать спокойствие и умиротворенный баланс нервов.
– Несите каркас! – слышала я голоса и шелест ног по ковру. – Мадам, повернитесь сюда…
Я терпеливым медведем повернулась на пуфике. Вокруг моей талии уже скололи каркас для юбки.
– Мадам, не двигайтесь! – послышался шелест голосов, а я посмотрела на часы.
“Ангажмент из газона? Бустл какой? Может, тюрнюр?” – слышала я шепот. Мне казалось, что швеи собрались вызвать дьявола. Не удивлюсь, если дьявол явится модный.
Я поглядывала на художника, который что-то старательно малевал. Он сосредоточенно сопел, а потом бросал на меня взгляды и снова погружался в работу.
