Побежал по вершинам деревьев — ветки медленно закачались, словно исполинские игрушки под земным светом. Серебристая кухта срывалась со стволов вековых кедров, иллюминируя лохматые их тени. В этот момент мир замер в ожидании чего-то необычного — пихты и ели начали ходить на месте, словно испуганные существа....
— Вот и славно! С вашего согласия, все документы будут подготовлены, как говорила ранее, после суда, — проговорила Елизавета Ивановна и, с улыбкой посмотрев на окружающих, попросила: — Кто-нибудь нальет мне чай?.."
"Плохо понимая, что произошло, Егор затопотил деревянной «ногой» на крыльцо, якобы покурить на свежем воздухе. Максим — за ним. Заворачивая табак в бумагу. Егор блеснул счастливыми глазами:
— Наконец-то свершилось! Думал, что никогда такого не будет.
— Да уж, справедливая Елизавета Ивановна. Дай ей Бог здоровья! — перекрестился Максим.
— И то правда!
— Только вот, я что-то не понял, что за затея с пачпортами, — выдыхая дым, пожал плечами Максим. — Можно было и на фамилию Сергея записать прииск-то.
— А ты что, так ничего не понял?
— Что?!
— Так ведь у Елизаветы Ивановны нет детей, — зашептал Егор. — Ульянка-то… будет теперь наследницей.
У Максима выпала изо рта папироска.
Зов седых белогорий
Не спится Уле. В мягкой кровати душно, жарко. Пуховая перина стянула бока каменной россыпью.
За окном комнаты — тихая, звёздная ночь. От стекла тянет лёгкой прохладой сентября. Воздух помещения наполнен ароматом покрасневших листьев черёмухи, соком налившейся сливы, вишни, крепких сибирских яблок.
Тайга! Как сейчас там? Об этом Уля не забывает ни на минуту. Она здесь, а все мысли там. Закроет глаза и видит бирюзовую гладь родного озера, чистую синь высоких гольцов, успокаивающий, тёмно-зелёный цвет хвойных деревьев. Запах смолистых кедров будоражит сознание. На рассвете яркие, уже не тёплые лучи солнца серебрят на пожухлых травах иней. А как пахнет в горах мокрый ягель… Ах, да что там говорить! Нет, не может Уля томиться, как птичка в клетке.
Она вскочила с кровати, бесшумными, рысьими шагами подошла к окну, открыла форточку. Вдохнула полной грудью свежий воздух. Так лучше. Мысли успокоились, прояснились. Немного постояла, прислушиваясь к звукам, доносившимся с улицы. Несмотря на позднюю ночь, на широком подворье движение. На конюшне разговаривают люди, стучат копыта, шумно фыркают лошади. Высказывая нетерпение, скулят собаки.
