Вспышка молнии!
И мгновенно последовавший за ней удар грома!
Я вскрикнула, и крик словно спровоцировал черного мага, до той поры лишь сжимавшего меня в объятиях, а теперь с неистовой силой, с жадностью, граничащей с жаждой, начавшего целовать меня так, что дыхание покинуло вовсе. Дыхание и ощущение реальности. И когда руки, пытавшиеся оттолкнуть последнего представителя жестокой военной династии Грэйд бессильно соскользнули вниз, он лишь сильнее обнял меня, продолжая болезненно, алчно, исступленно целовать так, словно хотел лишить не только сопротивления, но и души.
И вдруг, на миг прервавшись, герцог четко и холодно приказал:
— Расстегни мою рубашку.
Дрожа всем телом, едва сдерживая подступающую истерику, я лишь выдохнула:
— Что?
Он рванул ее сам — молниеносным, безжалостным движением разорвав от воротника до пояса, а затем подхватив мои безвольно повисшие ладони, приставил к своей обнаженной коже, склонился вновь к моим губам и выдохнул:
— Держись.
Вспышка молнии!
Грохот, раздавшийся казалось в самом моем сердце, и рывок, лишивший ощущения пола под ногами. И пелена дождя, словно отрезавшая нас от замка! И лишь увидев, как стремительно удаляется от нас замок Грэйд, я поняла, что мы… летим! Летим!
— Гроза, Ари, — прошептал, целуя мои волосы герцог. — Я же обещал.
И рывок вверх, навстречу нескончаемым потокам дождя, навстречу разрядам молний и грохоту грома, сотрясающему казалось сами небеса. И забыв о случившемся только что, я прижалась к лорду оттон Грэйд, чувствуя как все сильнее намокает платье, и боясь соскользнуть, сорвавшись вниз вслед за каплями воды.
— Держу, — словно прочитав мои мысли, произнес он.
И вместе с порывом ветра, мы вдруг понеслись куда-то во тьму, падая и вновь взлетая, совершенно мокрые, сопровождаемые вспышками молнии и свистом ветра.
И в каком-то очередном падении в непроглядную тьму, герцог вдруг остановился, и перехватив меня сильнее за талию, крикнул, перекрывая шум грозы:
— Истаркан.
Я повернулась на его голос и увидела огромный светящийся крест на вершине горы, которая была освещена ручейками, столь же синими, как и он сам. И сквозь пелену дождя, это казалось невероятным, нереальным зрелищем.
— Руда светится, я подлетел слишком близко, — объяснил лорд оттон Грэйд. — Не замерзла?
— Нет, — солгала я, обнимая его крепче."
"Вспышка молнии ударила столь близко, что я вскрикнула от испуга. А герцог вдруг протянул руку, перехватывая часть разряда на ладонь, и едва молния погасла, в его руке заискрились темно-синие кристаллы, мерцающие так, словно теперь молнии сверкали в них.