Автор
Воздух трепещет от огня и воздуха в этой динамичной истории. Вы уклоняетесь от ударов, пытаетесь обернуться против врагов, но каждый шаг подталкивается опасностью и стремительными изменениями. Вместе с героями выскользните из хаоса, оставаясь на одной ноге среди потоков воздушных плетей и кипящего огня....
Зифра подговорила одну из дочерей соблазнить сводного брата и зачать ребёнка – наследника Аврея. А сама подняла восстание. Аврей подавил его и запер бывшую жену в вулкане на острове Нирхе. Мальчик, рождённый дочерью Зифры от Изариуса, стал первым универсалом. Но Аврей рассвирепел, узнав о кровосмешении, и наложил проклятие: теперь дети от брака сирены и мага-стихийника лишены дара. Только считается, что Зифра уберегла своих дочерей от гнева отца, Золотых сирен, и на них проклятие не действует. К сожалению, проверить это невозможно – сирены жили закрыто и достоверные источники были только у них.
Возможно, это не самая приятная тема за ужином, но слушала я рассказ с нескрываемым интересом. У лорда Хэйдеса был прирождённый дар рассказчика.
«А откуда тогда взялись отдельные кланы сирен?» – спросила я.
– По одной из легенд, основателями кланов стали потомки дочерей Зифры. В отличие от своих матерей они обладали способностью лишь к какой-то одной стихии.
«Какая жестокость», – подумала я, в душе радуясь, что амбициозные планы не сбылись. Ведь, по сути, сирены предали и уничтожили своих родственников в надежде обрести их силу.
В задумчивости я принялась за еду. За столом прислуживал Руфус. Может, здесь и работали слуги-люди, но на глаза мне никто не попадался, что и к лучшему. В обществе брейда привычнее и спокойнее. Как бы ни были слуги вышколены, но ничто человеческое им не чуждо, и мало приятного, если они начнут строить домыслы о моём пребывании в этом доме.
– Кстати, у магистра Варгауса на этот счёт было собственное мнение, – нарушил повисшее молчание Тень.
Я с любопытством посмотрела на лорда Хэйдеса, но он больше ничего не добавил.
Ужин прошёл мирно. Тень ни словом не заикнулся о том, что мой визит создал ему проблемы. Не подслушай я разговор – понятия бы не имела о письмах Харна отцу. Об опекуне и предстоящем объяснении с ним я старалась не думать.
