В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
— Обойдешься, любое умеренное воздержание закаляет мужчину.
— Это кто сказал? — напрягся он и почесал редкую темную бородку.
— Это я тебе говорю. На правах инструктора. Ты, как доблестный сотрудник, должен быть в форме. Ладно, не тяни резину. Что у вас там за дело, требующее особого подхода?
— В морге сегодня утром двух трупов недосчитались.
— Я наслышана о бардаке у них там.
— Да нет, они натурально исчезли, — активно замотал головой Антон.
— Не удивлюсь, если завтра найдутся, — ухмыльнулась я. — Кто на подозрении?
— Сотрудники, само собой.
— Подозреваю, что они вряд ли особо нежные создания, переживут. Или ты о себе беспокоишься?
— Обижаешь, я только о деле тревожусь, — покачал головой Антон.
— Тоже мне, дело… Кому они сдались, трупы эти? — ухмыльнулась я.
— Вот и выясним, — заметно приободрился он.
— Ты хотел сказать выясню? — Я намеренно сделала акцент на последом слове.
— Танечка, с тебя допрос, с меня обед!
— Можно я возьму цветами?
— Если только не подснежниками, в сентябре с ними туго.
— Ну рассказывай что к чему, — попросила я, облокотившись на спинку стула. Жутко неудобного, кстати.
И Селиванов ввел меня в курс дела.
Заступивший на утреннюю смену судмедэксперт не смог найти тело, которое было одним из первых в очереди на вскрытие. Искали тщательно. Настолько, что при поиске обнаружили, что недостает еще одного трупа.
— Ты мне только вот что скажи, Антон Борисович, в чем в этом деле женский подход заключаться должен?
— Ну как, там мужчины суровые, работа тяжелая, а тут к ним такая красавица пожалует.
— И они, конечно, разом все вспомнят и трупы найдут?
— Чем черт не шутит, — пожал плечами Селиванов. — Ну а если серьезно, обе похищенные — молодые женщины.
— И ты решил, что мне, как женщине, виднее, куда пропадают женские трупы?
— Ну-у… — протянул Селиванов.
Я отправилась к автобусной остановке, по пути гадая, действительно ли тела пропали или это простое разгильдяйство и нежелание как следует поискать. Когда я оказалась в здании бюро судебно-медицинской экспертизы, быстро поняла, к какому из вариантов стоит склоняться.
В холле толпились люди, стоял гул голосов.
