В окружении шумной веселья: дети бежали с мячом, влюбленные скользили по скамейкам, а я наблюдаю за всем этим, как один из многочисленных зрителей. Кофе давно иссяк, и только любопытство заставляет меня прислушиваться к тихим разговорам или уединенной меланхolie одного парня возле своей подруги. Всё кажется спокойным на первый взгляд, но внутри всё дрожит от неизвестности и возможностей, которые ждут вдали, за забором этого прекрасного парка....
— Я так в детстве это кино любил…
— Лучше бы ты в детстве книжки читал, — прервала его я, опасаясь, что он снова начнет напрашиваться на вечеринки.
— Я читал, — обиделся Антон.
— Софья, — обратилась я к женщине, проигнорировав коллегу. — Понимаю, что в таких заведениях кроме алкоголя есть и другие средства забыться и расслабиться. Как думаете, Мила могла их употреблять?
— Наркотики? Не думаю, — ответила женщина, немного подумав. — Говорю же, девка она была с головой, да и себя любила. Мы же на эту красивую жизнь только со стороны смотрим, никак не вмешиваемся и не участвуем.
— А вы не находите странным, что Мила — молодая красивая девушка — никого не заинтересовала в заведении?
— Да не думала я об этом как-то. К тому же, знаете, — Софья остановилась. — Гэтсби о ней меня пару раз спрашивал.
— Гэтсби? — оживился Антон. — Это тот, который смазливый из «Титаника»?
— Это который из Фицджеральда, — осадила его я.
— Когда только она к нам пришла, через пару недель он задержался в заведении до самого утра, моя смена была.
— Кроме него, никто вам подобных вопросов не задавал, правильно понимаю?
— Может, что-то и было, но про Гэтсби я вспомнила потому, что он не раз Милой интересовался. Спустя какое-то время спросил, где учится, что-то такое. Ничего особенного, мы и про погоду можем иногда парой слов переброситься.
— Но все-таки интерес к Миле показался вам необычным? — уточнила я."
"— Тогда — нет, я приняла это за обычную вежливость, но сейчас, когда вы стали спрашивать, поняла, что был какой-то интерес у него, возможно.
— А она что-то о нем говорила? Спрашивала?
— Нет, никогда, — Софья решительно покачала головой.
— А как зовут его?
— Гэтсби? Не знаю. Все его только так и зовут, — пожала плечами Софья, и мы простились.
Селиванов припарковался на соседней улице, до его авто мы добирались в молчании.
— Ты будто только что дело раскрыл, — обратилась я к нему, когда мы сели в машину.
— Что? — не сразу среагировал он.
— Ничего, — махнула я рукой. — Погода, говорю, отличная.
До конторы мы добирались молча. В кабинете Селиванов наконец пришел в себя.
