Автор
В комнате полыхает пламя и играет огненный шар, созданный девочкой Громовой с помощью своих магических талантов. А рядом Артём пытается успокоить её, надеясь развеять ее напряжение. Слишком поздно: она уже отпустила его руку и выливает коктейль ему в лицо, словно битву в фантастическом мире....
Направляюсь к излюбленному бару, хватаю бутылку алкашки. Откупорив, пью прямо с горла, ничем не запивая.
Звоню Грише. Надо, чтобы камеры проверил и ещё некоторые места.
Гриша трубку не берёт.
Я его четвертую, сука. Или привяжу к машине, заставлю бежать рядом, пока мы едем.
– Извините, шеф. В музыке не слышно было, – отвечает всё же. Спасает себя, молодец. Я сейчас неконтролируемый, желаю кого-нибудь превратить в лепёшку.
– Проверь вокзалы, аэропорты, – отдаю чёткий приказ. – И по камерам остановки просмотри.
От неё что угодно ожидать можно…
Делаю ещё один глоток. Алкоголь приятно скользит по горлу в желудок, успокаивая. Крою эту девицу матом у себя в голове.
И слышу за спиной шаги. И добрый, мелодичный голос.
– О, ты уже приехал?
Резко оборачиваюсь, отрывая телефон от уха. Даже бутылку оставляю на стойке.
Останавливаю взгляд на малолетке. Стоит в дверном кухонном проёме. В домашней одежде и с ведёрком мороженого в руках.
– Долго ты, – мило улыбается и хлопает глазками. Протягивает мне сраное мороженое. – Будешь?
Глава 22
Громов, имени которого я до сих пор не знаю, сжимает в пальцах телефон. Его костяшки белеют, и я тихо сглатываю образовавшуюся от нервов слюну. И мороженое резко перестаёт лезть в горло от безумного взгляда, которым он ещё чуть-чуть – и убьёт меня.
И именно здесь инстинкт самосохранения кричит об опасности, трубит тревогу и говорит «беги!».
Я переборщила?..
Делаю шаг назад, когда эта махина надвигается на меня. Выкидывает телефон из рук, кидает его в белоснежную стену. Голова сама рефлекторно поворачивается на резкий оглушающий звук.
Втягиваю голову в плечи и замечаю содравшуюся на стене краску.
Но сразу интерес к ней теряется, когда мужчина подлетает ко мне, хватая за горло. Несильно, но напрягаюсь.
Булки рефлекторно сжимаются.
И от испуга роняю мороженое – прямо нам в ноги.
Плевать на пол.
Хватка на шее усиливается, и я инстинктивно, защищаясь, обхватываю его запястье двумя руками.
Он же не задушит меня, да?
Не задушит?
Сильнее вдавливает пальцы, и я приоткрываю рот, глотая воздух. Сомкнёт сильнее – начну задыхаться. А пока терплю этот жар под его пальцами, его грубость и боль, приводящую меня в чувство.
Я переборщила.
Не нужно было этого делать. Отправлять ему видео, которое я однажды сделала.
