Перед собой, перед родителями, перед всеми. Что меня возбуждает собственный опекун. И хоть мы никак не связаны, и я знаю его все две недели…
– Ай, – от одного удара резко подкашиваются ноги, а из головы вылетают все мысли. Он задевает что-то там, внутри, отчего становится ещё горячее. Ещё невыносимее.
Нажимает на красную распаляющую кнопку.
Между ног магма растекается. Сильнее и сильнее с каждым его вздохом, с каждым моим стоном.
Если в первый раз я сдерживалась, не позволяла себе этого, то сейчас просто не могу.
Он входит на всю длину. Даёт почувствовать каждую толстую вену, контур головки…
Прикрываю глаза и закусываю губу.
Как же я его ненавижу.
Но ничего не делаю, когда он дотягивается до моего топика, задирает его, высвобождая грудь из плена одежды. Обхватывает полушарие пальцами, больно сжимая и не контролируя свою силу.
– И правда… Животное… – шепчу, тяжело дыша.
Чувствительные возбуждённые соски покалывает от недостатка ласки, а всё тело буквально лихорадит.
Мужчина с рыком вбивается снова.
Пряжка ремня задевает нежную кожу ягодицы, бьётся о неё, звеня. Но нравится мне совсем другое. Мокрые шлепки от наших тел…
Это грязно, неправильно, но как мне нравится…
Особенно когда он перестаёт терзать мою грудь, наматывает волосы на кулак и тянет их на себя…
– Но тебе же нравится это животное, Яра, – хрипло звучит позади. Бьёт меня ладонью по попе, вызывая очередные вздохи восхищения от накрывших ощущений.
Распахиваю губы и вытягиваюсь, прогибаясь в пояснице, чувствуя этот накал внизу живота и приток крови к маленькому нерву, доводящего до помутнения рассудка.
Становится невыносимо.
Я вот-вот!..
Пытаюсь вырваться, но руки подводят, и я падаю голой грудью на холодную спинку дивана.
– Отпу-у-усти, пожалу-у-уйста, – уже хнычу, всё ещё не избавившись от этого нарастающего, невзорвавшегося чувства, пытающего всё тело.
А он сильнее прижимает меня к себе. Делает несколько рывков, и из горла вырывается протяжный и неконтролируемый стон. Впервые в жизни у меня случается ТАКОЕ…
Красочные взрывы пляшут перед глазами, как и между ног. Сжимаю Громова мышцами и готова расплакаться от самой себя.
Дура я…
Но, мать его, это волшебно.
Меня трясёт как в лихорадке.
И это не проходит. Усиливается опять.
Мужчина продолжает вбиваться в меня, рычать, как настоящий зверь, и наматывать волосы на кулак. И остановить его не могу. Не хочу и не в силах одновременно…
– Блять.
Он резко останавливается, и я снова чувствую ЭТО. Опять. Буквально через минуту тело словно стрелой пронзает волной оргазма. Второй оргазм за несколько минут.
Не понимаю, что с моим телом. Что с моими мозгами.
Я расплавилась.
И теперь обмякла на спинке. От горящей ягодицы, которую он сминал всё время.