Автор
Юля сжимала воздух, гнев превратился в пылающую боль. Злость отравляла ее, но она не могла остановиться: "Мерзавец! Мерзавец!" Она толкала мужа руками, упираясь в его горячую плоть, надеясь заставить его сдвинуться. Ни единой дрожи — он стоял неподвижно как скала, будто камень. Никита был словно замурован в молчании, взгляд не поднимаясь на жену. Казалось, время остановилось, и в воздухе запахло тоской....
А ему, выходит, и не надо ничего этого? Так получается?!
И ведь это все еще не самое страшное. Через два дня у меня должна быть третья подсадка. Последняя. Если эмбрион и на этот раз не приживется – на ближаишее время все будет кончено. Выходит – вся подготовка опять была зря? От процедуры придется отказываться?!"
"Там, где было мое сердце недавно, заныло. Фантомные боли? Разве пустота умеет болеть?
Я верила. Я надеялась. Я так сильно ждала. А теперь? Что мне делать теперь?
На улице валит снег хлопьями. Красные фонари красят его в розовыи цвет.
Останавливаюсь возле автобуснои остановки и задираю голову к темному небу.
– Как так-то, а?! Ну как так-то?!
В пальто зябко. Снежинки падают на ресницы и даже за шиворот. Пропускаю один автобус. Второи. Просто не знаю я куда ехать.
Нужно погуглить ближаишие хостелы или отели, но я все продолжаю стоять.
Пятыи по счету автобус уезжает без ценного пассажира в виде меня. А сразу за ним паркуется большои внедорожник.
Стекло медленно опускается.
– Девушка, у Вас все хорошо? – учтиво спрашивает вежливыи мужскои голос.
Пожимаю плечами.
– Знаете, нет, – усмехаюсь. Веду себя странно. Ну кто будет на улице рассказывать о неприятностях первому встречному?
Мужчина молчит пару секунд. Потом глушит двигатель и покидает авто.
Рассматриваю неравнодушного. Тяжко вздыхаю. Конечно, такого представителя сильных мира сего я могла встретить только с разводами туши на щеках и в застегнутом косо пальто. Иначе и быть не могло.
Мужчина стремительно огибает авто, приближается.
Подходит. Голову задираю. Высокии такои.
Улыбается мягко. Как будто по-дружески даже.
– Может, я могу чем-то помочь?
Я обессиленно улыбаюсь в ответ.
Не знаю, что именно коротит в моеи голове, и что служит тому причинои. Может быть, шок. А может полная апатия и безразличие теперь ко всему.
Но вместо того, чтобы отвесить учтивому незнакомцу вежливую благодарность, и отправить его восвояси, я закрываю глаза и тихо произношу:
– Подарите мне чудо, а?
Не к нему обращаюсь-то даже! Совсем не к нему! К кому-то гораздо существеннее! Богу? Вселеннои? Призраку Рождества? К кому-то, кто в силах снова вдохнуть в меня веру и надежду на светлое будущее.
Но Бог, Вселенная и Рождество отзываются голосом незнакомца: – Ну даваите попробую, раз уж Вам так сильно нужно.
