Автор
Джессика Стантон сидела в углу раздайного бала, подальше от внимания и света, наблюдая за торжественным приемом герцога и герцогини Стратморов. Обычно ее никто не замечал, но сегодня она притворилась серой мышкой во всем лондонском обществе, игнорируя любопытство и сохраняя непринужденный шарм....
Она и не думала, что ощущение теплой кожи Саймона под пальцами может так взволновать ее.
Джессика подняла ладонь и опустила ниже, касаясь темных завитков волос на груди Саймона. Она уже видела загорелый треугольник кожи в вырезе его рубашки и потом не раз мечтала, как дотронется до кожи и волосков. Теперь это происходило в реальности.
Едва дыша, Джессика положила обе ладони ему на грудь. Спустя несколько волнующих мгновений она переместила их выше, а кончиками двух пальцев коснулась впадинки у основания шеи, ощущая ровное биение сердца Саймона.
Джессика не могла остановиться. Ее руки пробежали по широкому развороту плеч, спустились вниз по рельефным мускулам рук. Наконец она взяла его руку, лежавшую поверх покрывала, в свою.
На фоне ее белой кожи рука Саймона выглядела еще темнее. Джессика сплела их пальцы, наслаждаясь новыми ощущениями тепла и близости. Ее рука тонула в большой руке Саймона и оттого казалась совсем миниатюрной. И, как это случилось в день свадьбы, когда он взял ее за руку, Джессика снова почувствовала его силу, способность защитить ту женщину, которая была рядом, от всех опасностей жизни.
Саймон вдруг задвигался, вертя головой из стороны в сторону, изо всей силы сжимая ее руку.
– Джая? Джая! О боже, нет!
– Тихо, – шепнула Джессика ему на ухо, касаясь щекой его щеки. – Все хорошо, Саймон. Все в порядке.
Он расслабился, отпустил руку, его дыхание вновь стало ровным.
"Джессика снова протерла ему лоб губкой и села на край кровати, подобрав под себя ноги, чтобы согреть их. Руку Саймона она положила на колени, потому что не хотела ее отпускать. Разглядывая мужественные черты его лица, Джессика думала о том, что даже во время болезни ее муж очень красив. И, главное, во сне он не гневался на нее. И не проклинал себя за то, что взял себе такую жену.
Джессика поднесла его руку к своим губам и коснулась ими пальцев Саймона, вспоминая их единственный жаркий поцелуй.
– Холодно… мне… холодно…
Саймон начал дрожать, и Джессика получше укрыла его одеялом. Но он продолжал мерзнуть, и тогда она, помедлив, легла рядом с ним и прижала руку мужа к груди. Он тут же успокоился.
Когда Джессика открыла глаза, то увидела, что солнце уже высоко в небе. Кто-то укрыл их обоих теплым покрывалом. Саймон обнимал ее за плечо, прижимая к себе.
