Автор
В зеркальной обстановке кухни, ясно отражающей каждый штрих моей тщательности, моя навязчивая идея чистоты выглядела еще более запредельной. Ровная поверхность кухонного столешника служила безупречным экраном для любых грязных следов, подчеркивая мою бескомпромиссную позицию в этой области....
Снова обведя взглядом площадку и пустые лестничные пролеты, он поморщился от досады. Куда она могла деться? Впрочем, еще не все потеряно: на дворе ночь, при ней нет документов, как нет и того, у кого она могла бы попросить помощи. Следовательно, она неминуемо вернется назад и все наконец встанет на свои места.
Рассудив так, он закрыл дверь и, не без труда развернувшись в сторону гостиной, столкнулся взглядами с младшей дочерью.
- Ты зачем выгнал маму?
Подбородок ее дрожал, но она гордо сдерживала слезы: вся в него.
- Я ее не выгонял, - произнес он мягко, наклоняясь к ней. - Мы с мамой просто играем в игру…
Голос его оборвался - неожиданная обида и осуждение в глазах дочери, о которые, как о стену, разбились все заготовленные им слова, помешали ему договорить."
"- Ты со мной, как с дурочкой, не разговаривай! Мне уже семь лет!
Он понял, что сплоховал. И ведь в самом деле не заметил даже, как стремительно дочка не то, что выросла, а вообще повзрослела - прежде всего, в своих суждениях. И в этом она тоже была в него.
- Мама вернется, - твердо пообещал он дочери, сам не зная, что станет делать, если этого в итоге не произойдет. - А ты… уроки сделала?
Она снова посмотрела на него этим взглядом, словно он был с другой планеты и нес какую-то непонятную ей чушь, а потом просто резко развернулась и… убежала. Хлопнула дверь ее комнаты, до него донесся ее надрывный плач…
Черт, и что ему было с этим делать?..
Нахмурившись, он побрел на кухню. Нащупав в кармане телефон, выискал в списке своих звонков контакт, названный «Жена 2».
Когда она ответила после первого же гудка, сходу обозначил:
- Не приеду сегодня. Проблемы… тут.
С ноющим сердцем выслушал ответ. Сдавленно бросил:
- Привет передай. Пока…
И нажал на «отбой» раньше, чем тоска, сжавшая сердце колючей рукой, стала бы сильнее его. Так же, как все, что было связано с Агнией, неизменно превалировало над всем - его жизненными установками, принципами, силой воли…
- Пап, а мы ужинать будем?
Голос старшей дочери ворвался в мысли, выдернул из захвата мучительных, но приятных воспоминаний…
Он коротко обвел взглядом кухню: тут стоял полнейший беспорядок.
- Будем. Когда приготовишь, - постановил коротко.
- Я? - переспросила Алина с явным, но непонятным ему удивлением.
- А кто ж еще?
- А ты?..
- А я - устал и болен! Я, между прочим, был вынужден практически сбежать из больницы из-за того, что мать твоя ерундой какой-то страдает…
Алина нервно сглотнула.
