Автор
Однажды Оля получает необычный посылок от Рогожина, которого считала просто заботливым меценатом. Чувства ее взвинченны и непостижимы, когда она узнает истинную цель этого акционера - вернуть свою давнюю любовь, используя детский дом как средство. Эта встреча срывается во имя любви и чести....
Останавливаюсь в шаге от его кресла.
Сама не понимаю, как, замерев, делаю новый шаг.
Просто обхожу его кресло сзади. Укладываю руки ему на шею, начиная разминать ее. Как… Когда-то. В те времена, когда Фил допоздна задерживался за делами. А я просто молча приходила к нему и становилась вот так. Рядом. Обнимая его плечи.
— Оля…
Фил порывисто выдыхает и вдруг накрывает мои руки своими.
Резко поднимается, притягивая меня к себе.
Мы замираем. Просто дышим.
И я тону в его глазах. Тону.
— Тебе тяжело сейчас?
Осторожно провожу по его лбу пальцами.
Понимаю, что Фил выпил. И, кажется, довольно много.
— Я искал его. Кучу гребаных лет искал! Перевернул каждый поганый закоулок в столице и за ее пределами. Поднял кучу мерзости и перетрусил все притоны! Я похоронил его, Оль. Давно похоронил. И тут…
Он со свистом выдыхает воздух, сжимая челюсти. По его лицу проносится болезненная судорога.
— Но теперь он нашелся.
Киваю, опуская руки.
Я знаю, как Фил не любит показывать свою слабость. Какой это для него удар.
— Разве это не счастье? — шепчу еле слышно. Его боль будто вливается в меня саму.
— Нужно еще все проверить.
Его голос снова становится ледяным. Жестким.
— Но ты ведь уже знаешь ответ, разве не так?
— Кажется, я и правда ошибся и это действительно Макс. И…
Фил слегка пошатывается.
Пожирает меня совсем черным взглядом, в которым вспыхивает серебро.
Пьяным взглядом. Тяжелым.
— Потеря брата для меня равноценна еще одной потере.
Он порывисто сжимает мои ладони.
Пристально смотрит в глаза, словно пронзая насквозь.
Жадно. Будто пытаясь высмотреть прямо у меня в душе все ответы.
Но, увы, я не знаю его вопросов. Не знаю, в чем он мог ошибиться! Потому что для меня в том, что случилось тогда, тоже одни вопросы и ни одного ответа. А, может, он говорит сейчас совсем о чем-нибудь другом?
— Оля…
Его голос звучит хрипло. На срыве.
Руки поднимаются выше, сжимая мои локти.
А в глазах мелькает боль. Дикая боль смертельно раненого зверя.
— Но чудес не бывает, правда, — он отшатывается раньше, чем я могу что-то ему ответить.
— Или… Возможно, и случаются.
— Но не настолько, правда?"
"В его глазах снова на миг мелькает мучительная боль.
— Иди, Оля. Уже поздно.
Фил крепко сжимает челюсти.
Отходит от меня на несколько шагов.
— Мы оба устали. А завтра у нас тяжелый день.
— Фил…
Мне хочется остаться.
