В душе каждого из нас таится маленькая мечта — быть не просто наблюдателем жизни, но и ее созионщиком. "Тайное поклонение" погружает читателя в мир загадочных событий и глубоких человеческих тайн, где небольшая деревня становится canvasом для великих изменений. Атмосфера книги — это то мрак, что скрывает звезды, и легенда, которая медленно раскрывается во время холодных зимних вечеров под гулкий шум хлопьев снега....
Но вчера я не удосужился заняться этим; мое скромное подношение надо сделать сегодня за обедом, а как вы сами отлично понимаете, богатой невестой пренебрегать не годится.
Последовала пауза, во время которой антиквар как бы взвешивал слова Маркхейма. Тишину нарушало только тиканье множества часов, висевших в лавке среди прочей старинной рухляди, да отдаленное громыхание экипажей на соседней улице.
– Хорошо, сэр, – сказал антиквар. – Пусть будет по-вашему. В конце концов, вы мой давний клиент, и если вам действительно удастся сделать хорошую партию, не мне быть этому помехой.
Говоря все это сухим, язвительным тоном, антиквар нагнулся достать зеркало с полки, и в тот же миг судорога пробежала по телу Маркхейма, у него затряслись руки и ноги, на лице отразилась буря страстей.
– Зеркало, – хрипло проговорил он и замолчал, потом повторил более внятно: – Зеркало? На Рождество? Да можно ли?
– А что тут такого? – воскликнул антиквар. – Почему не подарить зеркало?
Маркхейм устремил на него какой-то особенный взгляд.
– Вы спрашиваете почему? – сказал он.
Щуплый антиквар отскочил назад, когда Маркхейм внезапно подался к нему с зеркалом, но, убедившись, что ничто более страшное ему не угрожает, сказал с улыбкой:
– Ваша будущая супруга, сэр, видимо, не так уж хороша собой.
– Я пришел к вам, – сказал Маркхейм, – за рождественским подарком, а вы… вы предлагаете мне вот это проклятое напоминание, напоминание о прожитых годах, прегрешениях и безумствах.
Антиквар пристально посмотрел на своего собеседника. Как ни странно, Маркхейм не смеялся; в лице его словно бы промелькнула яркая искорка надежды, но уж никак не насмешки.
– Куда вы клоните? – спросил антиквар.
