В душе каждого из нас таится маленькая мечта — быть не просто наблюдателем жизни, но и ее созионщиком. "Тайное поклонение" погружает читателя в мир загадочных событий и глубоких человеческих тайн, где небольшая деревня становится canvasом для великих изменений. Атмосфера книги — это то мрак, что скрывает звезды, и легенда, которая медленно раскрывается во время холодных зимних вечеров под гулкий шум хлопьев снега....
Но наконец натворил он в Лондоне таких гнусных дел, что и словами не опишешь, и порешил уехать оттуда, от англичан, подобру-поздорову да поселиться в нашей глуши, где никто не знает, каков он есть. Поговаривали, будто вознамерился он жить вечно и что будто бы имелись у него некие капли, дарившие вечную жизнь и здоровье. Так оно или не так, а только было в нем что-то на диво странное.
Как я уже говорил, сквайр с любым молодым мог бы потягаться; и станом прям, и лицом свеж, точно юноша, и зорок что твой ястреб, да и по голосу не скажешь, что прожил на свете семь десятков лет!
Но вот наступил март месяц, когда сквайру Эннисмору должно было исполниться семьдесят, и выдался тот март хуже некуда, такого в наших краях еще не видывали – метельный, вьюжный, ветреный.
Кто они были и из каких краев приплыло то злосчастное судно, разузнать так и не удалось, но при покойниках обнаружились и нательные кресты, и четки, и все такое прочее, так что священник сказал, что это христианские души, и погибших отпели в церкви и похоронили как подобает, на нашем кладбище. Среди корабельных обломков ничего стоящего не нашлось; весь ценный груз потонул у Багрового мыса, и волны вынесли на берег бухты только большую бочку бренди.
Сквайр потребовал ее себе: ему по праву принадлежало все, что появлялось на его земле, и бухта тоже считалась его собственностью – вся бухта, каждый фут, до самого Багрового мыса, – так что, разумеется, бренди он забрал себе. Только скверно он поступил, не дав своим людям, выловившим бочонок, ничего, даже стакана виски."
"Ну, короче говоря, в бочке оказался самый чудесный бренди, какой кому-либо доводилось пробовать.
А потом вдруг раз – и как отрезало, гости больше не появлялись. Прошел слух, будто с бренди этим что-то неладно.
