Автор
Тайну прошепчет лавина — это думанные истории о сердечных ранах и необъяснимых встречах. Главная героиня в каждом отрывке восхищает своей решимостью пережить трагедию, а вокруг происходят невообразимые события, которые кажутся из области фантастики. Краснокаменск замирает под лавиной трепета и легендарного молчания — все новостные ленты завалены рассказами о чудесах, происходящих в снежных просторах....
– Если надо, я могу съездить. – Сергей начал подниматься с кресла, в которое успел упасть. Было видно, что его практически не держат ноги. – Мы с Эдиком взяли машину напрокат, чтобы добраться сюда от аэропорта, парковка чуть в стороне от административного корпуса, так что машина цела, ее только почистить от снега надо. Думаю, что минут за сорок обернемся, да, Эд?
– Сто пудов. – Эдик, в отличие от друга, был бодр и свеж, словно и не махал лопатой добрых четыре часа. Интересно, и как у него это получается? – Если ты устал, Серега, то я сам сгоняю.
– За продуктами съездить точно надо, – согласился Айгар. – Хотя скоро дети проснутся.
– И не только дети, – с усмешкой и легкой брезгливостью в голосе отметил Аркадий Петрович, разглядывая разметавшуюся во сне Карину.
Сейчас женщина выглядела явно старше своих лет, размазанная косметика вокруг глаз растеклась по морщинкам, подчеркивая возраст и очевидную усталость от него.
Когда так много позади
всего, в особенности – горя,
поддержки чьей-нибудь не жди,
сядь в поезд, высадись у моря.
Глядя на Карину, Кайди неожиданно вспомнила именно эти строки Бродского. Почему? Наверное, потому, что в жизни спящей сейчас Карины Матяш, очевидно, горя было предостаточно. Она отметила, что Патриция куда-то исчезла из комнаты, видимо, поднялась к себе. Ах да, она же хотела отправить тайком снятую фотографию Аркадия Петровича своему шефу. Неужели не забыла в круговерти печальных событий? Впрочем, Кайди уже поняла, что менеджером и организатором Патриция Леман была отменным, такие ничего не забывают.
Она вдруг вспомнила, как ее собственный шеф, самый лучший, самый любимый, давший ей путевку в жизнь, как-то объяснял, что такое настоящий профессионализм.
– Понимаешь, Кайди, – тогда сказал он, – профессионалом человек становится тогда, когда даже больной, с высокой температурой, в бреду или в состоянии глубокого потрясения он не сделает свою работу ниже определенного уровня.
Кайди понимала.
Патриция Леман была профессионалом, а значит, с поставленным ей для отвлечения внимания заданием она справится довольно быстро. Ничего не найдет и будет искать дальше, разбираться и задавать вопросы. Большей частью ненужные.
Кайди Ратсепп тоже была профессионалом, поэтому понимала, что, кроме неугомонной Патриции, никто искать и задавать вопросов не будет.
