Автор
Лондон в апреле 1816 года бурлит жизнью. Удары по двери неистово звучали, словно толпа веселых гостей вокруг графини. Лили, обводя счета с ужасом, внезапно услышала требование к встрече в холле. Она огляделась на своего пса Леопольда — и не заметила его из-за тщательной работы за столом. Это знаки предстоящей скандальной истории, где лесть, неприкрытая любовь и тайны брачной ночи кипят в воздухе Лондона....
Жар захлестывал Лили. О Господи! Она уже знала… она любила, когда он делал это. Пожар бушевал у нее внутри, все ее нервы трепетали. Она вдыхала его дурманящий запах.
Это совсем не походило на невинные поцелуи, которые Колтон дарил ей годы назад. В те времена она была юна и наивно верила в любовь. Их поцелуи были слишком благопристойными и целомудренными. Но в этом поцелуе не было ни благопристойности, ни целомудренности. Он сулил больше, чем Лили могла вообразить.
Колтон — наркотик. Вот что он такое. Опиум. Сводящее с ума нездоровое удовольствие, которое растревожило все ее чувства.
Его горячие влажные губы касались то ее щеки, то ключицы; дождь поцелуев опалял кожу, словно язычками пламени. Лили запрокинула голову, заблудившись в мире необъяснимых желаний.
Губы Девона, скользнув по подбородку, вернулись к ее губам.
Лили вздрогнула и открыла глаза. Перепуганная. Ужаснувшаяся чувствам, которые Колтон пробудил в ней. Никто не знает, что этот мужчина значит — значил — для нее, и никогда не узнает, но это не извиняет того факта, что она ведет себя как бесстыжая распутница.
Лили подняла на него глаза. Она погибла. Она ожидала увидеть на лице Колтона дерзкую самоуверенность, которая вызвала бы у нее желание оттолкнуть его.
Лили судорожно втянула воздух.
— Мои комплименты вашему мастерству, — прошептала она.
Колтон внимательно посмотрел на нее.
— Что вы хотите этим сказать? — вкрадчиво прозвучал его голос.
Она прижала ладонь к пылающей щеке.
— Вашу попытку соблазнить меня. Отличное начало. Ч-что… вы намерены делать дальше?
Девон слегка повел бровью, изгиб его твердых губ заставил Лили плотно сжать ноги.
— Интересный вопрос, правда? Но я никогда не раскрываю свои карты.
Его заносчивая манера вернулась снова. Между ними тут: же выросла стена.
Разочарование захлестывало Лили. Неужели это действительно для него игра? И он ничего не чувствовал, когда целовал ее?
Лили деланно улыбнулась, стараясь не показать ему, как сильно он воздействовал на нее.
— Ну же, Колтон, вы должны раскрыть свои тайны.
