Автор
Лондон в апреле 1816 года бурлит жизнью. Удары по двери неистово звучали, словно толпа веселых гостей вокруг графини. Лили, обводя счета с ужасом, внезапно услышала требование к встрече в холле. Она огляделась на своего пса Леопольда — и не заметила его из-за тщательной работы за столом. Это знаки предстоящей скандальной истории, где лесть, неприкрытая любовь и тайны брачной ночи кипят в воздухе Лондона....
Казалось, от них ничто не может укрыться, и он знает все ее секреты. Интересно, известно ему, какое облегчение она испытала, когда он отказался от чая? Сливки и сахар сейчас для нее на вес золота.
— Я предпочитаю бренди, — быстро добавил маркиз.
— Сейчас половина второго, — неодобрительно посмотрела на него она.
Бренди тоже не дешев.
Его полуприкрытые глаза не выражали эмоций.
— Что вы хотите сказать?
У Лили уже щеки болели от фальшивой улыбки. Позволив себе отдохнуть от нее, Лили повернулась к буфету и плеснула бренди лишь на донышко в стакан для лорда Колтона.
А более непутевого человека, чем собственный отец, она не знала.
— Как вижу, вдобавок к тому, что вы снова стали играть и повесничать, вы еще и к бутылке вернулись. Пытаетесь совершить все семь смертных грехов?
Голос маркиза остался спокойным:
— А я вижу, что вдобавок к тому, что вы вернулись к флирту и непостоянству, ваши таланты хозяйки дома оставляют желать много лучшего.
Гм. В точку.
Решительно вернув налицо улыбку, Лили неохотно вручила бренди лорду Колтону. Его взгляд скользнул к Леопольду.
— Оказывается, этот барбос еще с вами.
Лили решительно выпрямилась.
— Я никогда не расстанусь с моим Лео.
Лорд Колтон улыбнулся, и его улыбка заставила Лили задуматься, почему в гостиной внезапно стало так жарко. Какие-то темные эмоции вспыхнули в глазах маркиза.
— Вы никогда не могли устоять против заблудших.
Лили твердо взглянула на Колтона.
— Скажите, что привело вас сюда сегодня?
Конечно, маркиз подождал, пока она сядет, прежде чем занять место напротив нее. При его размерах кресло казалось предметом кукольной мебели. Взгляд Лили прошелся от носков его начищенных высоких сапог к длинным ногам в светло-коричневых бриджах, потом скользнул по узким бедрам, широким плечам и решительно остановился на раздраженном выражении совершенного лица.
Проклятие! Он даже лучше, чем пять лет назад. Пять долгих лет!
Лили тряхнула головой, чтобы очистить ум от таких мыслей. Она сложила руки на коленях.
— Так поведайте, почему вы здесь, — повторила она. — А я попытаюсь изобразить, будто меня волнует то, что вы скажете. — Лили мило улыбнулась.
Колтон прищурил глаза.
— Буду удивлен, графиня, если вы уже не знаете причину моего визита."
"Лили пришла в ярость от недвусмысленного акцента на ее титуле.
