Автор
Лондон в апреле 1816 года бурлит жизнью. Удары по двери неистово звучали, словно толпа веселых гостей вокруг графини. Лили, обводя счета с ужасом, внезапно услышала требование к встрече в холле. Она огляделась на своего пса Леопольда — и не заметила его из-за тщательной работы за столом. Это знаки предстоящей скандальной истории, где лесть, неприкрытая любовь и тайны брачной ночи кипят в воздухе Лондона....
— Моя сестра сказала мне, что вы уже просили ее танцевать с вами на ее первом балу.
Иглстон с энтузиазмом кивнул:
— Я очень надеюсь, что вы не возражаете, леди Меррилл.
— Возражаю. И очень. У меня совершенно иные, чем у Энни, представления о дебюте юной девушки, и я нахожу крайне неприличным с вашей стороны обратиться к ней и пригласить на танец, когда вы еще даже официально не представлены друг другу.
Артур потянул галстук.
— Я понимаю, леди Меррилл. Это просто…
— Уверена, что впредь ваше поведение будет более благоразумным.
Энни кружила по холлу.
— Что ты ему сказала? — на повышенных тонах спросила она.
Сердце Лили упало от влюбленного выражения на лице сестры.
— Что ему повезло, потому что я не натравила на него Леопольда.
Услышав свое имя, Леопольд прибежал и завертелся около сестер. Эванс, сидевший на обычном месте, проснулся, коротко кивнул и отправился в постель.
Пожелав дворецкому доброй ночи, Лили уставилась на Энни и уже было собралась заговорить.
Энни подняла руку.
— Прежде чем ты станешь читать мне нотацию… Мне кое-что известно, и ты захочешь это услышать.
Снимая перчатки, Лили подозрительно посмотрела на сестру.
— Очень в этом сомневаюсь. Послушай…
— Мистер Иглстон сказал, что мать мисс Темплтон буквально вне себя с тех пор, как дочь отказала маркизу.
Лили резко закрыла рот. Впервые ревность ужалила ее.
Лили заморгала.
— Вне себя? Что еще он сказал?
Лукавая улыбка вспыхнула на лице Энни.
— Миссис Темплтон умоляет мисс Темплтон одуматься и изменить свое решение.
Лили наклонилась ближе.
— И она ее убедила?
— Пока нет. Говорят, мамаша волосы на себе рвет.
Лили тряхнула головой, отмахнувшись от щекотливого разговора. Миссис Темплтон, возможно, вне себя из-за своей белокурой доченьки, а ей, Лили, надо разобраться с решительной кудрявой брюнеткой. Она не позволит Энни сменить тему.
— Ты соображаешь, что делаешь? У тебя нет абсолютно никаких причин выходить на крыльцо, особенно среди ночи.
