На пароходе в открытом море героиня оказывается в центре загадочных смертей. Её ненавистный муж найден мёртвым с её шарфом, а последующие убийства указывают на её причастность. Среди незнакомцев нужно найти настоящего убийцу, прежде чем обвинение станет неизбежным.
Сказал веско – так, что я почти поверила:
– Это лишь опасения экипажа – обычные опасения. Мало ли какой мусор может намотать на винт? Тот шарф, может, еще во времена корсаров сорвало с женских плеч и унесло в море.
– Тогда уж викингов – в этих водах они появились раньше, – мрачно заметила я.
– Пусть будут викинги. Не сомневаюсь, что жены викингов непременно имели в своем гардеробе хотя бы один газовый шарф, – хмыкнул муж. И когда я все-таки улыбнулась, поцеловал меня в щеку. – Так ты действительно хочешь пойти на этот ужин?
Я снова помрачнела.
– Совсем нет… Но если бы я пошла и увидела в ресторане Еву, мне стало бы гораздо спокойней. К тому же это отличный шанс ближе познакомиться с господином и фрау Кох.
Муж тяжело вздохнул: я чувствовала, что он вот-вот уступит.
– К тому же ты будешь рядом и не дашь случиться ничему дурному, – я положила руки ему на плечи и заглянула в глаза. – Когда ты рядом, я совсем ничего не боюсь!
Ура или увы, но своего я добилась.
* * *
7 июня, 18 часов 40 минут, Балтика, открытое море
А после пришлось спешно собираться на ужин: обер-лейтенант Вальц не отказался от своего предложения сопровождать меня.
Он встретил меня у входа в ресторан и одет был исключительно. В парадный мундир, который сидел на нем еще лучше, чем повседневный. Был чисто выбрит, причесан со светским и шиком и держался до того легко и галантно, что единственное, что напоминало в нем военного – подтянутая фигура с широкими плечами и узкой талией.
В руках он нес живую алую розу.
Такие же стояли в вазах на столах, но я все равно не могла не признать сей жест милым. И, искренне смутившись, приняла цветок.
– Право, это совершенно лишнее, господин Вальц…
– Могу я надеться, что вы станете называть меня просто Герман?
– Полагаете, это уместно? – удивилась я.
– Почему бы и нет? Я даже надеюсь, что однажды и я смогу называть вас просто Лили.
Я хмыкнула:
– Если бы вы не были так милы, то я бы с удовольствием назвала вас наглецом!
– Пусть так, – некстати рассмеялся тот, – все же это звучит теплее из ваших уст, чем формальное «господин Вальц».
Мне определенно не нравился сей разговор. И не только потому, что месье Дюбуа был где-то поблизости. Однако ж опыт флирта в моей жизни был так ничтожно мал, что я понятия не имела, как его прервать. И, может быть, самую малость я любопытствовала, чем сей разговор кончится.
