Автор
Южное побережье Англии, в окружении вековых дубов и крутых откосов — Март 1831 года. Ночь была беззвездная, тьма непронзимая. Вдали слышались звуки моря, но на суше было пусто. Джулиан привязал коня к древнему дубу и осторожно спустился по узкой тропинке в укромную бухту, где в ночи казалось особенно безопасным....
Потом он снова принялся целовать ее, но снова отстранился и начал ощупывать ее руки, окинул взглядом тело и ноги.
— Вы не ранены, слава Богу. Что, черт побери, случилось?
— Я очень рада, что вы пришли. Я как раз думала, чем бы себя занять. — Она отодвинулась от Девлина и показала куда-то пальцем. — Посмотрите, — сказала она.
В шести футах на полу лежал мужчина, связанный по рукам и ногам собственным поясом и обрывками рубашки, и стонал.
— Роксана! — Софи кинулась к ней в объятия, потом они обе повернулись к Джулиану и Девлину, склонившимся над мужчиной.
Девлин перевернул его на спину. Глаза его были закрыты, бакенбарды небриты, одежда грязна. Девлин хлопнул его по щеке, а Джулиан слегка пнул по ноге:
— Открой глаза, жалкий ублюдок.
Мужчина приоткрыл веки и наконец взглянул на склонившихся над ним людей.
— Она практически меня пришибла.
— Думаю, мы нашли Орвальда Маннерса, — медленно произнес Джулиан и повернулся к Роксане: — Хорошо, а теперь расскажи нам, что произошло.
— Сначала я убью его, — сказал Девлин и нацелил пистолет на голову мужчины.
Роксана мягко взяла его за руку.
— Не сейчас, милорд. Пусть он расскажет, кто заплатил ему за мое похищение. Потом мы можем вместе оттащить его к местному судье.
— Которым, совершенно случайно, являюсь я, — недобро усмехнулся Джулиан. — Интересно, что я решу с тобой сделать?
— У меня нет пистолета, — добавила Софи, — но если он нам не скажет, я буду душить его, пока слова не вылетят у него из горла.
Глава 50
Все случилось очень быстро, рассказала им Роксана, и пнула Маннерса под ребра.
— Я не знаю, как он пробрался в мою спальню, но когда я проснулась, у меня на лице была ткань со сладким, ужасно сладким запахом. Я попыталась сопротивляться, но силы покинули меня, и я потеряла сознание. Очнувшись, я обнаружила себя в этом грязном сарае, связанной и одетой только в ночную рубашку.
"Девлин не заметил раньше, что на ней была только порванная, грязная сорочка, но теперь он снял свой сюртук для верховой езды и помог ей накинуть его.
— Спасибо, Девлин. О Боже, — она коснулась его лица, — вы обгорели. Вы не заболели от солнечного света? Где ваша шляпа?
Он рассмеялся.
— Небольшое покраснение меня не убьет. Как вы избавились от этого идиота?
— Он не верил, что я могу причинить ему вред. — Она нахмурилась и снова пнула Маннерса.
