Автор
Южное побережье Англии, в окружении вековых дубов и крутых откосов — Март 1831 года. Ночь была беззвездная, тьма непронзимая. Вдали слышались звуки моря, но на суше было пусто. Джулиан привязал коня к древнему дубу и осторожно спустился по узкой тропинке в укромную бухту, где в ночи казалось особенно безопасным....
— О Боже, Минт, а нет ли на ней чего-нибудь фиолетового?
— В изобилии, мисс Роксана.
— Значит, это… Софи, ты не помнишь, как ее зовут? Кажется, Лорелея?
— Да. Я еще подумала, какой контраст между чудесным именем и его жуткой обладательницей. Зачем я ей понадобилась?
— Скоро узнаем. — Роксана тщательно сложила салфетку, поднялась из-за стола и открыла дверь. — Миссис Элдридж, спасибо. Все было очень вкусно.
— Приятно слышать, мисс, — громыхнуло в ответ. Бог наградил миниатюрную миссис Элдридж поразительно мощным раскатистым басом.
Роксана, негромко напевая, взбила кружева на платье, а затем принялась поправлять находившуюся в полном порядке прическу.
— Ты специально тянешь время, — догадалась Софи. Роксана широко улыбнулась."
"— Пусть она потомится в ожидании и от злости покроется пятнами. Фиолетовыми. О, смотри, у тебя на рукаве несколько хлебных крошек.
Спокойствие тетушки отчасти передалось Софи, и она почти перестала бояться. Когда они в сопровождении Минта наконец войти в гостиную, Роксана шепнула:
— Мы у себя, дорогая.
Герцогиня Брабант стояла у прекрасного камина, облицованного белым каррарским мрамором, и нетерпеливо постукивала по полу носком туфли. Фиолетовым носком фиолетовой туфли, выглядывающей из-под фиолетового платья для дневных выездов. Несусветно широкие юбки походили на фиолетовый шатер и занимали изрядную часть просторной комнаты.
Роксана и Софи вежливо улыбнулись и любезно присели в реверансе.
Герцогиня даже не кивнула, только принялась барабанить сложенным веером по ладони в такт дроби, выбиваемой фиолетовой туфлей.
— Вы заставили меня ждать. Я не привыкла к такому обращению и впредь не потерплю ничего подобного.
— Желудок требует начинать день с завтрака, ваша светлость, — невозмутимо ответила Роксана. — Чем мы можем быть вам полезны в столь ранний утренний час?
— Не такой уж ранний, — отрезала герцогиня. — Лично вы меня не интересуете, мне нужна ваша племянница.
Роксана смотрела на нее с безмятежной улыбкой.
— Воспринимайте нас в комплекте, ваша светлость. Мы неразлучны, как вон те статуэтки на каминной полке. Мой отец подарил их моей матери сразу после свадьбы. Прелестные вещицы, вы не находите? Ах да, не желаете ли присесть?
Бедный диван, вдруг он не выдержит и рухнет под тяжестью бесчисленных юбок?
Диван выдержал.
Лорелея Монро нахмурилась и в упор посмотрела на Софи Уилки (фу, какое дурацкое — даже плебейское! — имя).
— Вчера вас видели с моим сыном.
