Автор
Южное побережье Англии, в окружении вековых дубов и крутых откосов — Март 1831 года. Ночь была беззвездная, тьма непронзимая. Вдали слышались звуки моря, но на суше было пусто. Джулиан привязал коня к древнему дубу и осторожно спустился по узкой тропинке в укромную бухту, где в ночи казалось особенно безопасным....
— Что ж, — сказала Роксана, когда незваная гостья покинула их дом, — мы славно позабавились. Пускай старая ведьма теряется в догадках. Богата или нет, вот в чем вопрос.
Давай поедем к Хугэму, я хочу купить новый роман, о котором столько разговоров.
Глава 10
Шербрук-Хаус
Патнем-сквер
— Миледи, к вам две молодые посетительницы. Полагаю именно о них вы так тепло отзывались в беседе с милордом после бакстедского бала, — сообщил Уилликом и с поклоном отступил в сторону.
Когда Софи и Роксана вошли в прекрасно обставленную гостиную, залитую драгоценным английским солнцем, дворецкий вновь низко поклонился Корри — на сей раз под другим углом, чтобы солнечный луч с эффектным бликом отразился от безупречно лысой головы.
— Спасибо, Уилликом, — кивнула Корри Шербрук и, забыв об осторожности, слишком быстро встала. — О Боже! — выдавила она и, едва сдерживая тошноту, устремилась к высокому креслу, за которым скрывалась предусмотрительно приготовленная ночная ваза.
Роксана собралась было поспешить на помощь, но Уилликом поднял руку:
— Прошу вас, мэм.
Он повернулся и величаво прошествовал туда, где Корри, стоя на коленях, мучительно расставалась с содержимым своего желудка. Наполнив бокал бесцветной жидкостью, дворецкий присел рядом с хозяйкой и протянул ей напиток и носовой платок.
— Выпейте это, миледи, тогда вам можно будет съесть печенье, которое кухарка приготовила по специальному рецепту.
— Я вас ненавижу, Уилликом.
— Конечно, миледи. Я бы и сам наверняка возненавидел себя и всех вокруг, доведись мне, как вам, столько раз на дню обниматься с ночной вазой.
— Уилликом, я не какая-то идиотская лодка.
— Разумеется, нет, миледи. О лодке и речи быть не может. Уродись вы кораблем, так непременно походили бы на восхитительную «Эсмеральду», любимую яхту милорда.
Корри Шербрук вытерла губы платком, с отвращением взяла бокал, зажмурилась и залпом осушила его.
— Уилликом, я выпила это гнусное зелье. Где мое печенье? Давайте его сюда, пока я вас не задушила.
Дворецкий молча протянул ей нечто, похожее на небольшую ячменную лепешку.
С минуту Корри сосредоточенно жевала, затем со вздохом приняла помощь Уилликома, поднялась на ноги и лучезарно улыбнулась все еще стоявшим у двери Роксане и Софи.
— Какой конфуз при первом вашем визите! Здравствуйте, мисс Рэдклиф.
