В Выборге и Петербурге распитие водки вызывает совершенно разные восприятия — от погруженности в реальность до легкого опьянения. Многие могут обвинить вас в алкоголизме, но это не правда. Вместе с бесом ты выпил по-разному: Митя ликером, а ты наслаждался напитком как воздуху. Такие тонкости жизни и их противоречия — главный фокус этого криминального триллера "Тайные поручения"....
Фу, как некультурно."
"— А печати Владетельницы на что? — поднял палец Лаймовый. То ли указывая на печати, то ли призывая в свидетели какое-то высшее существо. — Тепличка защищена. К тому же, здесь магия рубежная, нечисти неподвластная. Дивьи люди тепличку попросту не видят.
— А рубежники что же? Их не опасаетесь?
Меня будто осел укусил, поэтому я и проявлял свое недюжинное упрямство. Это было что-то из «дотелефонных» времен, когда ты мог с упорством доказывать какую-то тупость Костяну. К примеру, что в следующем «Терминаторе» будет сниматься Сталлоне или что в Москве существуют даже трехэтажные поезда.
Однако и это мое замечание зеленицы встретили пусть не хохотом, но легкой усмешкой. Да что такое-то?!
— Рубежникам тут делать нечего.За все время никто и не зашел. Здесь же нет ничего: ни лавок, ни нечисти. Лишь чужане. Одни учатся, другие просто в сад местный ходят.
Так вот на чем был построен расчет Инги. Кстати, а почему бы и нет? Где лучше всего прятать что-то ценное? На самом видном месте.
— Ладно, так что с этим Шта случилось?
— Ничего не случилось, — ответил Лаймовый. — Явился, сказал, что больше они травы носить не будут. Шкура дорога. И все. Не объяснил толком ничего.
— И вы теперь хотите, чтобы я к этим дивьим людям сходил и поговорил по душам, так?
— У нас работа, — указал на стопку бумаг Лаймовый. — Сроки, поставки.
— Мы точно не справимся, — тяжело вздохнул Фисташковый.
— Нам нельзя отлучаться от теплички надолго, потому что снаружи мы весьма уязвимая цель, — сказал Салатовый.
— Жопы им надрал, сукиным детям, чтобы договор соблюдали! — более категорично заметил Ядовито-зеленый.
— Отлично, план-капкан! Вот, значит, о каком силовом воздействии меня просила Инга, — рассуждал я вслух.
— Раньше они на Апраксином дворе обитали, — оживился Лаймовый. — Там всякая нечисть невысокого пошиба кучкуется. А после под Синий мост перебрались. Вроде как там им спокойнее.
Это под Синим-то мостом? Одним из самых оживленных в Питере? Видимо, у дивьих людей свои понятия о спокойствии. Либо берушами пользуются очень хорошими. Однако что несомненно — информация меня заинтриговала.
