— Ну, а ежели бы я предложил вам взять начальство над частью моих войск, которые дислоцируются на берегах нашего общего с вами Балтийского моря? — пытался стоять на своем российский император. — Не стану от вас скрывать, ваше королевское высочество, дорогу на Петербург прикрывает от неприятеля особый корпус. Здесь, в Финляндии, расквартирован еще один мой корпус, который я могу, ничего не опасаясь, перебросить под Петербург или, лучше, в Ригу. А там почти завершает формирование корпус генерала Вальмодена, специально предназначенный для вторжения в Пруссию. Почему бы вам не переправить, скажем, в мою Лифляндию часть шведских солдат и вместе с моими северными силами, о коих я вам поведал, в дальнейшем двинуться в Европу?
— Рига, — произнес наследный принц. — Однако это очень далеко, ваше величество.
— От чего далеко? — переспросил царь.
— От Дании и Норвегии.
Улыбка ангела исчезла с лица Александра Павловича. «Ну вот, — подумал он, — у каждого — свои цели в войне. Мне надо очистить Россию от завоевателей, потом принести свободу Европе. Ему же, будущему королю Швеции, следует непременно присоединить к своей короне Норвегию, если не в придачу к ней — и Данию. Не хочу слыть гадалкою, но сейчас он сам об этом заговорит».
Так и произошло."
"— Некоторое время назад, ваше величество, моя жена, наследная принцесса Дезире возвратилась из Парижа, где она, как обычно летом, проводит время на курортах в обществе своей сестры — Испанской королевы, — начал издалека Карл Юхан. — И что же вы думаете там произошло? Наполеон подослал к ней своего министра Маре. Ваше величество хотели бы узнать, с какой целью? Чтобы через мою супругу передать мне условия французского императора: если я выставлю для войны с Россией тридцать тысяч солдат и двину их на Петербург, он возвратит нам Финляндию, откроет все порты континента для шведских торговых судов и предоставит нам кредит в двадцать миллионов франков.
Карл Юхан глянул, какое впечатление произвело на его собеседника это сообщение, и с пафосом закончил:
— Смею напомнить вашему величеству, как погиб древнегреческий герой Геракл. Он, как вы знаете, был умерщвлен тем, что позволил надеть на себя рубашку, пропитанную отравленною кровью кентавра Несса. Так вот, все разговоры о возвращении Финляндии для меня такая же западня, как сорочка Несса. Чтобы сохранить эти заморские владения, где в обществе вашего величества я изволю теперь пребывать в качестве вашего гостя, моим шведам пришлось бы каждые десять лет возобновлять жестокие битвы с вашей великой империей, чтобы не только в их итоге потерять Финляндию, но и лишиться собственной независимости. Разве не так?
— Полагаю, что финская территория не та земля, из-за которой Швеции когда-нибудь следовало биться.