В окнах домов играет мелодия музыки, которая кажется слишком тихой в зас营ленной ночи. Верити бежит по проезжей части, отгородившись от тротуара, когда тонкий голосок за спиной кричит: "Не останавливайся!" Власть над этой улицей кажется невероятно реальной в темноте.
– Когда ты добралась до берега с Крю, она еще была на поверхности?
– Нет. Не думаю.
– Ты поняла, что лодка вот-вот перевернется?
– Нет. Все случилось слишком быстро."
"Вопросы ненадолго закончились, но я знала: он не спит. Наконец, через несколько минут молчания он произнес:
– Просто я не понимаю.
– Чего ты не понимаешь?
Он отодвинулся, освободив пространство между моим лицом и своей грудью. Он хотел, чтобы я на него посмотрела, и я подняла голову.
Он прикоснулся к моей щеке, нежно, костяшками пальцев.
– Верити, почему ты сказала Крю, чтобы он задержал дыхание?
В тот момент я поняла – все кончено.
В тот момент он понял – все кончено.
Он думал, будто знает свою жену… Но впервые действительно понял, что означает мой взгляд. А я поняла: как бы я ни пыталась его убедить… Он никогда не поверит мне. Слова Крю были важнее. Это не в его природе. Он ставит детей выше жены, и именно это я ненавижу в нем сильнее всего.
Но я все же пыталась. Пыталась его убедить. Но сложно говорить убедительно, когда по твоим щекам струятся слезы, а голос дрожит на словах: «Я сказала это, когда мы уже переворачивалась.
Он молча посмотрел на меня. А потом отпустил. И отстранился, и я уже понимала – это самый последний раз. Он отвернулся и обхватил Крю, словно стал его доспехами.
Его защитником.
От меня.
Я пыталась лежать неподвижно, не проявляя реакции, чтобы он решил, будто я заснула, но лишь тихо плакала. Когда слезы усилились, я ушла в кабинет и закрыла за собой дверь, чтобы Джереми не услышал рыданий.
Добравшись до кабинета, я открыла рукопись и начала печатать. Кажется, больше рассказывать не о чем. Будущего нет. Прошлого тоже.
Я добралась до конца истории?
Не знаю, что будет дальше. Я предсказала убийство Частин, но не знаю, как закончится моя собственная жизнь.
Умру ли я от рук Джереми? Или от собственных рук?
А может, ничего и не кончится. Может, завтра утром Джереми проснется и увидит, как я сплю рядом. И вспомнит все хорошее, все минеты, всю проглоченную сперму.
Или… Может, он проснется с уверенностью, что гибель Харпер не была случайной. Может, он сдаст меня полиции. Может, захочет заставить меня расплатиться за мой поступок.
Тогда… Так тому и быть.
Я просто въеду в дерево.
Конец
22
Я даже не успеваю осознать финал, потому что слышу, как машина Джереми заезжает в гараж. Складываю страницы в стопку и смотрю на монитор.
