В окнах домов играет мелодия музыки, которая кажется слишком тихой в зас营ленной ночи. Верити бежит по проезжей части, отгородившись от тротуара, когда тонкий голосок за спиной кричит: "Не останавливайся!" Власть над этой улицей кажется невероятно реальной в темноте.
Терпеливый, внимательный и куда лучший любовник, чем Верити смогла описать. После ее смерти, когда мне пришлось вернуться на Манхэттен, Джереми звонил мне каждый день. Я провела там две недели, пока все не начало возвращаться в норму. Когда он попросил вернуться, я приехала в тот же вечер. И с тех пор мы не расставались. Мы оба понимали, что торопим события, но не могли друг без друга. Думаю, мое присутствие его успокаивало, и мы даже не обсуждали поспешность наших отношений. Обсуждать было нечего. Все происходило абсолютно естественно.
Джереми решил продать дом вскоре после того, как я узнала о беременности. Он не хотел оставаться в городе, где жил с Верити. И, честно говоря, я тоже не хотела оставаться в доме с такими ужасными воспоминаниями. Три месяца назад мы переехали в Северную Каролину. Получив аванс и страховку Верити, мы смогли сразу расплатиться за дом на побережье в Саутпорте. Каждый вечер мы сидим втроем на веранде нового дома и смотрим, как волны бьются о берег.
Теперь мы семья. Не совсем та, в которой родился Крю, но, думаю, Джереми рад, что у его сына есть я. А скоро Крю станет старшим братом.
Кажется, мальчик неплохо справляется. Мы водим его к психологу, и иногда Джереми переживает, что вреда от этого больше, чем пользы, но я убеждаю его, что терапия здорово помогла мне в детстве. Я думаю, дурные воспоминания быстро забудутся, если им на смену придет много хорошего.
Сегодня мы вернулись в их старый дом впервые за несколько месяцев.
Сложнее всего разбирать кабинет. Возможно, там было что-то ценное, но мы с Джереми провели полдня, отправляя все в уничтожитель бумаги. Думаю, мы оба хотели проститься с этой частью жизни. Забыть ее.
– Ты как? – спрашивает Джереми. Он заходит в кабинет и кладет руку мне на живот.
– Хорошо, – с улыбкой отвечаю я. – Ты почти закончил?
– Ага. Еще несколько коробок на веранде, и готово.
Он целует меня, и в этот момент в дом вбегает Крю.
– Хватит бегать! – кричит Джереми ему вслед. Я поднимаюсь с рабочего кресла и везу его к выходу. Джереми поднимает одну из коробок, оставленных на крыльце, и несет к машине. Крю выбегает на улицу, но замирает и возвращается в дом.
– Чуть не забыл, – говорит он и спешит к лестнице.
