Автор
В усеянном листве парке, где звуки природы теснятся в воздухе, мир знаменитого бога Аполлона встретил современную жизнь. Восемь столетий назад молоты хулиганов ниспосланы на убийства его поразили лице. В эти дни он стал свидетелем нового поколения, искренне верящего в чудеса и тайные знания....
Разве не восхитительно? (Я, некогда диктовавший судьбы народов, радуюсь возможности свободно выбирать место за столом! Какое печальное примечание к состоянию моего нового, человеческого ума.) Взяв поднос, я обнаружил Мэг, которая сидела, свесив ноги, на краю подпорной стенки павильона и смотрела на волны.
– Ты как? – спросил я.
Она откусила кусочек вафли.
– Отлично.
– Ты – сильная полубогиня, дочь Деметры.
– Мм-хмм…
Понимание человеческих реакций – моя сильная сторона, и если полагаться на нее, то выходило, что девочка совсем даже не в восторге.
– Ты в домике с Билли… Не обижает?
– Нет. Все хорошо.
– А Персик?
Она посмотрела на меня искоса.
– Исчез ночью. Похоже, он появляется, только когда мне что-то угрожает.
– Ну, тогда ему пора показаться. Время самое подходящее.
– Под-хо-дя-щее. – Произнося слово по слогам, Мэг переступала пальцем с одного квадратика вафли на другой. – Шерману Яну наложили семь швов.
Я посмотрел украдкой на Шермана, сидевшего на безопасном расстоянии и метавшего в обидчицу убийственные взгляды.
– Не переживай, – успокоил я Мэг. – Детям Ареса нравятся шрамы. К тому же Шерману идет образ Франкенштейна.
Уголок рта дрогнул, но взгляд остался отстраненным, как будто затерялся где-то далеко.
– У нас в доме травяной пол… зеленая трава… И огромный дуб посередине комнаты. Поддерживает потолок.
– Тебе не нравится?
– У меня аллергия.
– Ааа… – Я попытался представить дуб в ее доме.
Когда-то, давным-давно, у Деметры была священная дубовая роща. Помнится, ей очень не понравилось, когда какой-то смертный владыка попытался ее срубить.
Священная роща…
Внезапно бекон у меня в желудке раздулся, растянулся и расплылся, обволакивая органы.
Мэг схватила меня за руку. Ее голос прозвучал далеким гулом. Я расслышал только последнее, самое важное слово:
– …Аполлон?
Я вздрогнул.
– Что?
– Ты отключился. – Она нахмурилась. – Я позвала тебя шесть раз.
– Да?
– Да. Куда ты уходил?
Объяснить я не мог. Чувство было такое, словно я стоял на палубе корабля, когда огромное, темное, опасное что-то прошло под днищем… что-то едва различимое… появилось и ушло.
– Я… я не знаю. Что-то насчет деревьев…
– Деревьев.
– Может, и ничего.
Нет, не ничего. Я не мог забыть образ из сна: женщина с короной на голове, требующая, чтобы я нашел ворота.
Та женщина не была Деметрой. По крайней мере, я так не думал.
