Автор
В усеянном листве парке, где звуки природы теснятся в воздухе, мир знаменитого бога Аполлона встретил современную жизнь. Восемь столетий назад молоты хулиганов ниспосланы на убийства его поразили лице. В эти дни он стал свидетелем нового поколения, искренне верящего в чудеса и тайные знания....
А может быть, это Зевс манипулировал моим мозгом, подбрасывая манящие картины правды и тут же их пряча.
– Не помню! – взвыл в отчаянии я.
Мэг и Хирон нервно переглянулись.
– Ты никуда не пойдешь, – твердо заявила Мэг.
– Что? Ты не можешь…
– Это приказ. Никаких походов в лес, пока я не скажу, что можно.
Дрожь прошла от макушки до пяток.
Я сжал кулаки, впившись ногтями в ладони.
– Мэг Маккаффри, если мои дети умрут из-за того, что ты не позволила мне…
– Хирон правильно сказал, ты просто сам погибнешь. Подождем до утра.
Я представил, с каким удовольствием сбросил бы Мэг с солнечной колесницы в самый высокий полдень. Но потом, рассудив как следует, пришел к выводу, что она, может быть, права. Начинать в одиночку спасательную операцию я был не в состоянии. И понимание этого только добавило злости.
Хирон помахал хвостом.
– Что ж, тогда… Увидимся утром. Мы найдем решение. Это я тебе обещаю.
Он еще раз посмотрел на меня, как будто опасаясь, что я вот-вот забегаю кругами и залаю на луну. И потрусил к Большому дому.
Я сердито взглянул на Мэг.
– Останусь снаружи – на случай, если Кайла и Остин вернутся. Если, конечно, ты и это мне не запретишь.
Она лишь пожала плечами. И даже это действовало мне на нервы.
Я сбегал в домик Мэг и прихватил кое-что для похода: фонарик, два одеяла, флягу с водой. Подумав, взял с полки Уилла Соласа несколько книг. Оказывается – что неудивительно – он собирал справочные материалы обо мне, чтобы знакомить с ними новичков. Я надеялся, что, может быть, книги помогут освежить память, а если не получится, пригодятся для растопки.
Мэг все еще ждала на опушке леса. Чего я никак не ожидал, так это того, что девчонка останется нести ночное бдение. Наверно, специально, чтобы позлить меня.
Она села рядом на одеяло и принялась грызть золотое яблоко, которое припрятала под курткой. Между деревьями плыл зимний туман. Ночной ветерок пробегал по траве, оставляя за собой колышущиеся волны.
В других обстоятельствах я, может быть, написал бы об этом поэму.
И долго злиться на Мэг тоже не получалось. Наверно, в глубине души она хотела для меня лучшего или, по крайней мере, не была пока готова терять недавно приобретенного божественного слугу.
Надо отдать должное, с утешениями она не лезла и всяких там вопросов не задавала. Сидела и развлекалась тем, что бросала в лес мелкие камешки. Против этого я ничего не имел.
