Вдруг произошло нечто непредсказуемое. Тело ощутило внезапное напряжение и отреагировало, убегая в безопасное место. Кровь стекает с младшего принца, его лицо мрачнеет от боли, и он бросается на защиту. Здесь начинается история о попаданке, которая внезапно оказывается центром скрытых интриг королевства....
Когда мой феникс откликнулся в первый раз, я обрадовалась. А потом испугалась. Мне же ни за что нельзя в него перевоплощаться!
Да, нельзя. Но очень хочется. Он ведь тоже часть меня – очень важная часть.
Я недолго выбирала между “хочу” и “нельзя”. Выбор был в пользу первого. Правда, теперь я боялась медитировать на полигоне и стала уходить подальше в лесополосу. Обычно тут каждый вечер толклись оборотни, но чем ближе был день зачетов, тем меньше студентов-перевертышей выходило на пробежку. Так что мне никто не мешал.
Я старалась забраться как можно дальше от строений. Шла на запад, чтобы заходящее солнце всегда было у меня впереди. Через час такой ходьбы упиралась в силовое поле. Это был невидимый магический купол, накрывающий всю Академию. Он переливался всеми оттенками цветов, словно северное сияние, вибрировал и гудел.
Я начинала чувствовать эту вибрацию еще за сотню шагов, но она мне не мешала. Наоборот, мне нравилось ее ощущать и моему фениксу, кажется, тоже.
Возле самого барьера росли особо густые ели.
Это было лучшее место для первого оборота.
Я снимала форму, чтобы не порвать. Садилась в позу лотоса и погружалась в свой внутренний хаос. Звала и пыталась услышать отклик.
Отклик был. Темный вихрь уже не двигался так хаотично, как прежде. Он замирал, будто прислушивался, а затем отращивал усики и вполне осознанно тянулся ими ко мне.
Я чувствовала его прикосновения, хотя они были не на физическом уровне.
Но имя он не называл.
Тогда я сама стала с ним говорить. День за днем мысленно рассказывала ему о себе, обо всем, что со мною случилось, о тоске по дому, о чувствах к Айзену и Драмиэлю, о надежде хоть одним глазком увидеть отца…. И конечно, о подозрениях, связанных с убийцей.
У меня было стойкое чувство, что мой феникс все понимает. А почему молчит? Может, он еще такой кроха, что говорить не умеет?
Постепенно его отклик становился все ярче.
Неужели, чем больше внимания я уделяю своей темной сущности, тем слабее становится моя драконица?
Это был вывод, к которому я пришла накануне зачетов. И едва осознала это, как услышала имя.
Ну, не то что услышала. Не ушами.
