Вдруг произошло нечто непредсказуемое. Тело ощутило внезапное напряжение и отреагировало, убегая в безопасное место. Кровь стекает с младшего принца, его лицо мрачнеет от боли, и он бросается на защиту. Здесь начинается история о попаданке, которая внезапно оказывается центром скрытых интриг королевства....
Драмиэль вцепился мне в плечо мертвой хваткой и потащил из лазарета.
– Куда? – пискнула я, бросая тоскливый взгляд в сторону столовой.
Ее окна приветливо светились, я даже слышала как стучат приборы и чавкают голодные студенты.
– На место преступления, – заявила магистр Бастерс, пристраиваясь к нам.
Ректор окинул ее холодным взглядом, но ничего не сказал.
А я только поежилась.
Ну да, преступление. То, что произошло, никак не назовешь несчастным случаем.
Возле оранжереи нас встретило оцепление из старшекурсников.
Мы подошли к тому месту, где я нашла девушек. Трава здесь была примята, кое-где виднелась голая земля. Но никаких следов моей магии не было. Это заставило меня тихо выдохнуть.
Единственное, что напоминало о произошедшей трагедии, это дыра в стеклянной стене и пожухлые, печально висящие плети лианы.
– Расскажи, что произошло, – потребовал Драмиэль. – Как ты вообще здесь оказалась?
Я не стала ничего скрывать. Рассказала все с самого начала, как Эльза шантажом принудила пойти с ней в сад, как мы встретили тут Ариану с помощницей, как гуляли с принцем и его свитой. И как потом, бросив недовольную Эльзу, я одна пошла к выходу.
Ректор слушал не очень внимательно. Он бродил по поляне, осматривая то траву, то оранжерею и лишь иногда задавал вопросы. А Элегия только хмыкала. Было видно, что она не верит ни единому моему слову.
Когда я закончила, она язвительно спросила:
– Значит, по-твоему, это сделала графиня Дормер?
– Я такого не говорила, – изумленно уставилась на нее.
– Но подразумевала!
– Вовсе нет.
– Тише, – Драмиэль поднял руку. – Синичкина, что случилось после того, как вы пошли к выходу?
– Я услышала крики.
– Вы узнали голос? Это кричала Ариана или еще помощница?
Вопрос заставил меня нахмуриться.
– Нет. В тот момент я об этом не думала.
– А сейчас? Вспомните, это очень важно.
Я напрягла память. Но как ни старалась, опознать голос так и не смогла. Даже начала сомневаться, что он был женским. Но слов в нем не было – это точно.
– А в чем проблема, господин ректор? – насторожилась Элегия.
– В оранжерее есть еще и гильберия. Вы знаете, если ее потревожить, она издает резкие звуки, похожие на женский визг. Возможно, студентка Синичкина слышала именно их.
– Бред.
