Первый абзац из книги "Так обладает ужасное чудовище..." начинается с вкрадчивых слов Дагласа Тейлора о том, что Розен официально стал кронпринцем. Я резко оборачиваюсь от этих новостей, еще не до конца придя в себя после предстоящей встречи в университете. Уже утро светилось ясным днем, и я чувствовала легкую усталость, но слова мужчины как будто разгоняли сон....
Ведь когда-нибудь станет известно о том, что я Жрец, а Жрец не должен выпытывать. Он и так знает все. Во всяком случае, так должны считать.
Поэтому, всю информацию я узнавала крайне ненавязчиво и без вопросов.
Так мне стало известно, что в каждой группе был свой негласный предводитель. Он не выбирался. Им становился тот, чей род наиболее влиятельный. Например, в моей группе это Милинг. Еще обязательно был как минимум один студент, над которым издевались. Но чаще всего их больше. Таких называли Джокерами. Шутами.
То есть, тут четко расчерчивали границы между простолюдинами и титулованными.
Но, тем не менее, Джокеры появлялись со второго курса. Это не означает, что у первокурсников не было изгоев. Они просто пока что не имели этого глупого «титула» Джокер.
А так, в моей группе Милинг уже выбрала грушу для битья. Ею являлась девушка по имени Лилит. Простолюдинка. Последнюю неделю она в университете не появлялась.
Все это было достаточно интересно и можно сказать, что я собрала первую часть отчета. Его основу.
Сегодня у меня было еще три лекции. Первое, что я заметила – теперь мои одногруппники сторонились меня, словно я внезапно стала прокаженной. Даже старались не садиться рядом со мной во время лекций. Милинг со своими подружками то и дело показательно шепталась, посмеивалась и то и дело указывала на меня пальцем.
На это я не реагировала. По большей степени меня просто невозможно эмоционально задеть, ведь какими бы оскорбительными словами меня не пытались назвать…
…Я сама о себе думала куда хуже.
Поэтому, когда я услышала, что Милинг, указывая на меня пальцем, тихо прошептала «Ущербная», я лишь лениво зевнула.
Пф… Я себя вчера несколько часов подряд называла никчемной лужей грязи расплывающейся под мусорным баком, а тут просто ущербная.
Но все же я сама себя могла смешивать с грязью сколько угодно, но другим позволять подобного не собиралась. Все равно они меня ничем не удивят. Вообще за последнее время единственный, кто сумел меня задеть – это Даглас. Это произошло во время того случая в душевой, когда я была полностью голой и от этого уязвимой.
Но на Милинг я пока что не обращала внимания. Как и на ее подружек, или остальных одногруппников.
