— Что за опыт такой печальный у тебя был?
— Если вы таким образом хотите меня отвлечь, то у вас хреново получается, — выдыхаю со стоном.
— Ну правда, мне любопытно, — мужчина бросает на меня быстрый взгляд. — Расскажешь?
— Может быть, — вздрагиваю и вжимаюсь в сиденье, потому что он уже тормозит у какой-то клиники.
— Малышка, не заставляй меня вытаскивать тебя из машины силой, — Богатырёв открывает с моей стороны дверь.
— Как… вы меня назвали? — смотрю на него круглыми глазами.
— А как мне тебя называть? — слегка улыбается он. — Ну хочешь, могу крошкой.
— Фу, нет, — поёживаюсь. — Это уж совсем…
— Солнышко? Кошечка? — Полкан, заговаривая мне зубы, в очередной раз сжимает мою кисть, помогает выйти из машины. — Рыбка? — смотрит скептически. — Нет, рыбка тебе не подходит, молчать не умеешь.
— Эй! — возмущаюсь в ответ.
Мужчина практически тащит меня за собой в клинику, не отпуская ни на минуту.
— Как насчёт тыковки? Или может пампушка? Тоже не подходит, ты худенькая. Любимка? — поднимает брови, и я начинаю нервно хохотать.
— Да, с любимкой, пожалуй, перебор, — он улыбается и заводит меня внутрь. — Но ты смеёшься, это хорошо. Идём, нас уже ждут. Надеюсь, паспорт у тебя с собой?
— Нет! — говорю до неприличия радостно. — Не взяла! Не примут без документов?
— Ничего, — фыркает мужчина. — Разберёмся.
Возле регистратуры усаживает меня на мягкий диванчик.
— Сидеть здесь и ни с места! — а сам отходит к стойке.
— Раскомандовался, — бурчу себе под нос.
Страх потихоньку отпускает, хотя в животе по-прежнему всё дрожит, но такой паники, которая накрыла в первый момент, уже нет. Впрочем, это не мешает мне намертво вцепиться в руку Богатырёва, когда из нужного кабинета выходит медсестра и называет мою фамилию.
Мужчина, вздохнув, заходит внутрь первым, таща меня на буксире.
— Здравствуйте, Лариса Ивановна, — здоровается с худощавой женщиной в возрасте. Та расплывается в улыбке.
— Полкан, как я рада тебя видеть! Ну и кого ты тут прячешь? — заглядывает ему за спину. — Деточка, что же ты, садись на кресло.
— Она немного нервничает, — отвечает за меня Богатырёв, когда становится понятно, что сама я ни слова выдавить не могу.
— Да это со всеми бывает, милая, — всплёскивает руками врач. — Думаешь, вот этот здоровенный полковник не боится, когда у меня в кресле оказывается? Ещё как боится!
— Лариса Ивановна, — немного смущённо и с упрёком тянет Полкан.
— Да ладно уж, доля наша такая, стоматологическая, страх внушать, — хохочет женщина.
