— Я вам не плюшевый мишка!
— Будешь ещё ёрзать — укушу! — сонно предупреждает меня этот… этот… — Спи!
Прижимает к себе крепче, утыкается куда-то в волосы рядом с ухом, и спустя несколько секунд я уже слышу тихое сопение. Меня вдруг затапливает нежностью. Вымотался, бедный… Кладу свои ладони на обхватившую меня руку, поглаживаю и сама не замечаю, как засыпаю.
Зато следующее пробуждение выходит значительно более эпичным.
Потому что сначала, ещё даже толком не проснувшись, я чувствую удовольствие. От прикосновений мужских рук, которые нежно и умело ласкают мою грудь. Мне до того приятно, что я невольно прогибаюсь в спине, сильнее прижимаясь к тёплому телу позади меня, а затем… затем понимаю, что в мои ягодицы упирается просто твердокаменный стояк!
До мозга с запозданием доходит, где я и с кем. Взвизгнув, дёргаюсь вперёд.
— Что за?!.. — раздаётся хриплое за моей спиной, потом эмоциональное ругательство, очередной мой рывок вперёд и грохот. С двух сторон кровати, куда мы оба одновременно свалились, запутавшись в одеяле.
— Я мог бы и догадаться, что рядом с тобой даже просыпаться опасно, — раздаётся с мрачным юмором с той стороны.
— Ну знаете! — я собираю в кучку конечности и тру плечо, которым ушиблась. — Вообще-то, это вы первым начали!
— Я начал?! — над кроватью показывается взлохмаченный Богатырёв.
— А кто мне… меня… трогал?!
— Арина Родионовна — это няня Александра Сергеича! — вконец обозлившись, я тоже поднимаюсь с пола. — А я Алина! Алина через «эл»! Запомните уже или сходите к логопеду!
Полкан стоит, уставившись в одну точку, и я вдруг понимаю, что эта самая точка — моя грудь в кружевном бюстгалтере.
— Ай, вашу ж… мать моя женщина! — взвизгнув, плюхаюсь обратно на кровать, натягивая на себя одеяло. — Какого?!.. Почему я в одном белье?! — перевожу взгляд на мужчину и выдаю: — Почему вы в одном белье?!
— По-моему, нам обоим надо помолчать минуту, тебе не кажется? — мужчина поднимает одну бровь, а потом берёт и… тоже ложится обратно, отбирая у меня половину одеяла.
Я застываю с открытым ртом. Потом закрываю его. Открываю ещё раз. Ловлю на себе насмешливый взгляд и отвожу глаза.
— Теперь, когда мы оба выдохнули, — после паузы говорит Полкан, — скажу, во-первых: спать в одежде неудобно. Ты что, только сейчас заметила, что раздета? Просыпалась же ночью.
Я понимаю, что он прав, неловко пожимаю плечами. Чёрт знает почему я не обратила на это внимания.
— Во вторых, по поводу твоей претензии — извини, я… м-м-м… ещё не проснулся в тот момент.