Автор
В этой книге ты окажешься среди людей, чьи жизненные пути непостижимы для большинства остальных. Каждый персонаж имеет свой уникальный мир, где они живут вдвоем с самими собой. Слушай их истории о разнообразии и одновременном попранных границах, когда ты знаешь, что не одинок....
– О, привет, восточная красавица, – улыбнулся он, когда поднял голову, встречаясь с моим полным стыда взглядом. – Ты за всеми так шпионишь из своей комнаты?
Ну и потянуло же меня это дурацкое окно закрыть! Могла бы немного и подождать с этим!
– Привет, – быстро кинула я в ответ.
Уже даже собралась забраться обратно в дом, закрыть окно и никогда-никогда больше не подглядывать за кем-то снаружи. Но я не успела этого сделать, потому что Элиас оказался быстрее:
– Ты что, дома тоже это носишь?
Его взгляд был направлен на шарф на моей голове.
– Нет. Только когда выхожу на улицу и когда меня кто-то может увидеть.
– Получается, вы в вечном напряге. Не дай боже кто-то увидит хоть волосок. Что вам за это будет?
– На этот счет ничего не скажу, но что будет с тобой, если не перестанешь задавать мне такие тупые вопросы, точно могу сказать.
Элиас усмехнулся. Видимо, ему понравилось то, как я ставлю его на место.
– Может, покатаемся? Я видел, у тебя предки отъехали. Никто мне голову не отрубит.
Снова он за свое.
– Тогда лучше лишний раз не рисковать, а то мало ли. – В моем голосе чувствовалось раздражение.
– Ну ты чего, – снова улыбнулся он. – Я же шучу. Да, согласен, тупые шутки.
Я долго смотрела на него, потому что обдумывала его предложение. Самой удивительно, почему я вообще разрешила мыслям крутиться вокруг него. Безумие какое-то.
– Ладно, – выдал мой голос, а голова кивнула как бы сама собой.
Элиаса все устроило.
Я переоделась в свою излюбленную толстовку, светлые джинсы и черный хиджаб.
– Прикольно выглядишь, – встретил меня Элиас. – На самом деле эта штука у тебя на голове круто сочетается с обычной одеждой. Я раньше думал, что вы носите те странные штуковины на все тело. Знаешь, такая черная и какая-то стремная простыня.
– Это называется абайя, – подсказала ему я. – Кто хочет, тот ее носит. Я не хочу.
– Почему?
Я закрыла дверь, кинула скейт на землю и повернулась к нему.
– Почему ты не носишь юбки? – спросила я, не рассчитывая на ответ.
– Понял, – коротко ответил он, усмехнувшись.
Подтолкнувшись вперед на скейте, я все еще мысленно задавала себе миллион вопросов, большинство которых звучали так: «Почему я согласилась с ним покататься?»
– Я все еще помню, что должен тебе два желания, – снова заговорил Элиас. – Я их услышу когда-нибудь?
Пришлось задуматься.
