Автор
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Такова жизнь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Метлицкая Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Опять же вопрос: как? Каким образом? В те-то годы? Наиблатнейшее место – связи, деньги. Словом, не надо объяснять, как работала эта схема.
Кстати, там ее Гриша и увидел. Сначала – гладкий пробор, блестящие волосы цвета спелого ореха, чистый лоб. Потом подняла глаза – и он обомлел. Глаза у нее действительно были необыкновенные – темно-синие, с фиалковым отливом, с плотной щеткой недлинных, но чрезвычайно густых черных ресниц. Широкие темные брови. Это действительно удивляло. В принципе, при таком раскладе и рот, и нос в ответ не входили. Достаточно было потрясения от верхней части лица. Но справедливости ради надо сказать, что не было и там ничего такого, что могло бы испортить картину. И все же красавицей «прелесть» не была. Даже странно, почему? Видимо, маловато эмоций. А может быть, мимики. Все слишком статично. Маловато жизни.
Но Грише было все равно. В двадцать ноль-ноль он, съежившись, стоял у будки театральной кассы – головной убор он не носил никогда. Тощий, сутулый, длинный, со своими прекрасными черными глазами-маслинами, хлюпая длинным носом и держа в тонких пальцах букет подмороженных белых гвоздик. Шел крупный снег. Ровно в восемь она вышла из будочки – маленькая, тонкая в талии, как оса, пальтишко перехвачено широким кожаным поясом с круглой пряжкой. Оренбургский платок на гладкой головке, скромные ботики. Сельская учительница на экскурсии в столице. Гришу это умилило. Он проводил ее до дома. Жила она на Речном – снимала угол у дальней родственницы. От предложения зайти в кафе, погреться, выпить чаю отказалась. Устала. Он опять умилился.
Месяца три он встречал ее после работы. На четвертый сделал предложение. До этого, кстати, ни разу не поцеловав. Ему казалось, что это может ее оттолкнуть. Ему, нормальному, здравому мужику в самом соку (кроме корректора Нади были постоянные романы и интрижки, не сомневайтесь). Слова «в койку» были вполне в Гришином духе, инвалидом половой сферы он точно не был.
«Прелесть» закусила нижнюю губу и попросила три дня подумать.
В мае сыграли свадьбу. Невеста была, как водится, вся в белом. Кружевные перчатки, фата, глаза долу. Все почему-то заволновались. Хотя понятно почему – не из нашего болота, не нашей группы крови, не нашего круга. Впрочем, какой там круг? Вечно пыхтящая и рефлексирующая интеллигенция.
Короче говоря – не наша. Это почувствовали все. И слегка обиделись: даже не старается нам понравиться. Она и вправду ни с кем не пыталась найти общий язык – ни с многочисленными Гришиными друзьями-единомышленниками, ни с многочисленными его подругами, умными, милыми, нелепыми тетками, часто несчастными – из музейных работников, художниц или врачих. Многие из бывших, кстати, Гришиных любовниц. Все они ей были по барабану.
