Автор
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Такова жизнь»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мария Метлицкая Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
Жизнь полна трудностей, но есть и красота в этом. Герои сталкиваются с потерями и разочарованиями, но находят силы ценить каждый момент. Между желаниями и реальностью возникает конфликт, который требует любви к собственной жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Впрочем, на жену «старая рухлядь» наводила черную тоску. «Прелесть» сводила брови к переносью и поджимала губы. Ей нравились другие дома и другие заборы. Но они не тянули, не тянули. Сколько бы Гриша ни занимал, ни одалживал, ни договаривался, зависая часами на телефоне по вечерам. Ничего не срасталось.
Гриша мрачнел и чувствовал себя полным ничтожеством. Все его, конечно, почти презирали. Почему «почти»? Потому, что в сердцах еще оставалась любовь и жалость. А жалость и презрение – чувства вполне совместимые.
«Прелесть» хмурила бровки и дула губки. Она была недовольна Гришей. Видимо, рассчитывала на большее. Гриша страдал, что не мог обеспечить любимой светлое настоящее и будущее.
Но тут проявился один неожиданный вариант. Выяснилось, что корректор Надя давным-давно, лет эдак пятнадцать назад, получила дачный участок. Точнее, садовый. Но в приличном месте, не знаковом, конечно, но вполне, вполне. Верст пятьдесят от Москвы. Поехали смотреть. Участок оказался чудным – крайний у леса, всего один общий забор с соседями, десять соток. Но главное, благодаря Надиной безалаберности на нем не успели вырубить березы и елки. Лакомый кусок по нынешним временам. Тут же представили небольшую уютную избушечку в русском стиле, камин, дорожку в гравии, сирень у забора. Гриша деликатничал с бывшей любовницей и верным другом. Надя мотала головой, как заведенная, и горько рыдала, когда ее просили обозначить цену. В общем, участок этот она Грише подарила.
– Тебе надо работать! – твердила Надя, громко сморкаясь в несвежий клетчатый платок. Препирались бесконечно, пока «прелесть» не прекратила усилием воли эту интеллигентскую бодягу:
– Спасибо, – молвила она. С большим, надо сказать, достоинством.
Прения по делу прекратились. Начали строить дом. Опять были нужны деньги. Брать было уже практически не у кого: кому-то Гриша был и так должен, кто-то был обижен, а кто-то просто не любил давать в долг.
Очень медленно, но дело пошло. Скрипя колесами и с пробуксовкой. Гриша от безысходности все же уселся работать. А «прелесть» моталась на «опельке» на участок, строила рабочих. От соседей доходили слухи, что она открывала такой милый ротик – и работяги остолбенело затыкались и выстраивались шеренгой. Милая девочка из тихой провинции. Дочь учителя и врача. Пианино «Красный октябрь», Бунин и Чехов. Пастернак и Ахматова. Чай с вишневым вареньем. Шаль на плечах, коса по пояс. В общем, все ясно.
Первый раз издательство не взяло новый Гришин роман. Посоветовали изменить концовку, подсократить и выпуклей выписать главного героя. Гриша впал в депрессию. Лежал днями на диване, лицом к стене – одетый. Не брился. Не ел. Не разговаривал. Корректор Надя подмешивала ему в чай антидепрессант – по совету подружки-психолога. Помогало плохо.
