– Все мужики всегда были ниже меня! Ну, всегда! Я в школе была… как это… я забыла… правофланговая, вот кем я была! Я стояла, как дура, самая первая, и все остальные были ниже меня, и на танцах меня никогда не приглашали! И только теперь я поняла, что метр восемьдесят – это не моя проблема, это проблема тех, кто ниже!
Марина вылезла из-за стола, схватила гарцующую лошадь Маню за руку и втащила в кабинет:
– Да входи уже!
– Да я без приглашения не могу! Ты же знаешь, я деликатная.
– О, да! – согласилась Марина Николаевна. – Кофе, Ритуль! Дай Мане кофе поскорее!
Маня не только ела шоколад, но еще пила кофе и непрерывно курила. Собственно ей, одной из немногих, разрешалось курить в Маринином свежем, чистом, белом кабинете, где бычки в пепельнице казались святотатством и оскорблением.
– Марина, скажи, что будет? – потребовала Маня, бросаясь в кресло. – Только честно, как на духу!
– А что… будет? – не поняла Марина.
Маня вытаращила на нее глаза, словно на полоумную.
– Как?! Кризис на дворе, катастрофа! Все радиостанции говорят, что скоро конец света. Может, уже пора в пензенскую губернию, в пещеру?
Марина покатилась со смеху:
– Еще пока рано. Я тебе тогда позвоню, вместе поедем!
Маня, позабыв про кризис и катастрофу, вдруг заныла:
– Слушай, ну, когда, когда мы с тобой уже куда-нибудь поедем, а? Я больше не могу! У тебя есть книжный магазин в Тамбове? Или в Сердобске?
Марина подумала немного.
– В Сердобске нет, а вот в Смоленск мне надо. Поедешь?
Маня, отхлебнув из чашки, которую перед ней поставила Рита, истово закивала.
Маня Поливанова писала романы. Их издавали, продавали и даже читали, и время от времени Марина брала Маню с собой… проветрить.
Марина, больше всего на свете любившая дорогу, большие скорости, новые места и приключения, по своим многочисленным книжным делам старалась ездить только на машине, ну, если не три тысячи верст, конечно, и в лице писательницы Поливановой всегда встречала полное понимание и поддержку.
Писательница Поливанова была готова ехать куда угодно, лишь бы подальше и лишь бы посильнее трясло!
Таким образом за лето им удавалось съездить на Волгу, потом в Архангельск, заехав по дороге в Мурманск и Питер, потом в Суздаль, ну и во Владимир, конечно, а на закуску в Михайловское, глотнуть пушкинского воздуху.
