Павел Волков переживает глубокий духовный кризис: смерть старого друга, разрушение семейных отношений и ощущение, что лучшие дни остались позади. Герой борется с накопившимися проблемами, несправедливостью и непониманием окружающих, пытаясь найти смысл в жизни и выход из тупика отчаяния.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Там, где нас нет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Павел Волков переживает глубокий духовный кризис: смерть старого друга, разрушение семейных отношений и ощущение, что лучшие дни остались позади. Герой борется с накопившимися проблемами, несправедливостью и непониманием окружающих, пытаясь найти смысл в жизни и выход из тупика отчаяния.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Михаил Глебович Успенский Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Павел Волков переживает глубокий духовный кризис: смерть старого друга, разрушение семейных отношений и ощущение, что лучшие дни остались позади. Герой борется с накопившимися проблемами, несправедливостью и непониманием окружающих, пытаясь найти смысл в жизни и выход из тупика отчаяния.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Там, где нас нет» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И что теперь с ним делать? Кому его нести? Вам?
– Давайте мне.
– А кто теперь… на место Николая Ивановича?
Ох-хо-хо… Вот еще вопрос, на который нет ответа.
– Я пока не думал, Денис. Не знаю, честно.
– А похороны когда?
Этого Волков тоже не знал. Он даже думать про похороны не хотел, хоть понимал, что придется. Вряд ли Зина все потянет одна!..
– Денис, вы вчера вечером никуда не выходили?
Усков посмотрел с беспокойством. Должно быть, такого рода вопросы следует задавать как-то законспирированно, иносказательно, маскируя свои подозрения и сыщицкий интерес, но Волков ничего этого делать не умел.
– Н-нет, не выходил. А что такое, Павел Николаевич?
– Когда сигнализация на машине Сиротина срабатывала, слышали?
– Слышал.
Ну, слава богу, хоть один слышал!
– Это когда было? Днем или вечером?
– Вечером, Павел Николаевич. Он ведь днем уезжал куда-то, Николай Иванович, в смысле! А потом приехал, и сигнализация стала орать каждые пять минут!"
"– Каждые пять минут? – переспросил Волков задумчиво. – И вы каждые пять минут ее слышали?
– Да нет, – перепугался Денис Усков, – каждые пять минут не слышал, но пару раз слышал. А что такое?
– Сын Сиротина хотел машину забрать, – повторил Волков утреннюю ложь. – А как сигнализацию отключить, не знает. Она же у него какая-то особенная была, он ее отдельно ставил! Вот я и спрашиваю всех…
Объяснение вышло так себе, разумной логики в нем не было никакой, но Волков по опыту знал, что люди, как правило, и не слушают никаких объяснений, и не вникают в них. Самое главное, чтобы эти объяснения были как можно более… житейскими. Вот сын хочет забрать машину отца. Сигнализацию не знает, как отключить. Все хорошо. А при чем тут вчерашний вечер – неважно!..
– Денис, а вы Сиротина вчера вечером не видели?
– Нет. Я отчет писал, мне его обязательно надо было доделать! – И Усков с грустью показал на папку, которую Волков положил на край стола. Было как-то совершенно понятно, что папка начальника не интересует, следовательно, зря он так старался написать этот отчет вовремя. – Я днем в магазин ходил, за апельсинами.
Волков смутно подумал, что сейчас с удовольствием съел бы апельсин, большой, сочный, желтый, остро, по-новогоднему пахнущий, с толстой веселой шкурой и непременным пупочком, где как будто завязывается еще один маленький апельсинчик!..
– Я днем ходил, а потом все время за столом просидел. Только один раз вышел, воды налить из кулера. У нас чайник что-то сломался, не греется!
– Надо новый купить, – сказал Волков рассеянно. – Вы вечером ходили?
– Да, – сказал Денис, добросовестно вспоминая. Это выражение добросовестности на его физиономии Волкова почему-то раздражало.
