Продолжение истории разрушительной любви сына шейха и американской студентки. На родине арабского принца героев ждут тяжелые испытания, страсть и боль. Среди восточного колорита и интриг они должны выбрать между долгом и чувством, рискуя потерять друг друга.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Танцы на стеклах. Книга 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Продолжение истории разрушительной любви сына шейха и американской студентки. На родине арабского принца героев ждут тяжелые испытания, страсть и боль. Среди восточного колорита и интриг они должны выбрать между долгом и чувством, рискуя потерять друг друга.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение истории разрушительной любви сына шейха и американской студентки. На родине арабского принца героев ждут тяжелые испытания, страсть и боль. Среди восточного колорита и интриг они должны выбрать между долгом и чувством, рискуя потерять друг друга.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Танцы на стеклах. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На нас не просто накатило, Джар. Любовь, понимаешь. Знаешь, что это?
– Угомонись, Мэтт. Я рад за тебя. Извини, если показалось иначе. Прости, я, правда, не ожидал, – пытаюсь успокоить, не на шутку оскорбившегося, друга. Сэм пренебрежительно фыркает, и ее взгляд говорит: всегда знала, какое ты дерьмо.
– Ладно, – напряженно кивает Калиган, но я вижу, что он все еще обижен. Не знаю, как это исправить. Его слова, о планируемых в моей стране браках, что-то глубоко задели внутри меня. Словно у меня был выбор…
Я смотрю, как нежно Калиган сжимает пальцы своей жены (Аллах свидетель, это даже звучит дико), осторожно, любовно и нежно поглаживая их. Смотрю на их кольца, понимая, что они означают именно то, что должны означать обручальные кольца. Эти двое начудили не мало, но они вместе. Потому что любят друг друга. Так не похоже на моего друга, легкомысленного бабника, который, мне казалось, до старости будет прыгать по чужим кроватям. Однако и его накрыло…
Я наблюдаю, как горят их глаза, ощущая связь между ними, глубокую и мощную… Их счастье, живое, осязаемое и простое. Такое простое, что глаза жжет. Ничего запредельного. Просто за руки держаться, рядом быть, как обещали.
Мне радостно за друга и больно… Так больно, что я не могу дышать полной грудью. Мои пальцы, сжимающие стакан, дрожат от напряжения. Слишком толстое стекло, чтобы треснуть. А я бы хотел. Чтобы осколки в кожу. Так легче. Легче, чем, когда внутри режет по живому, по открытому сердцу… В ушах раздается гул, звенит, надрываясь, давит. Именно так я чувствовал себя, прежде чем надеть свое обручальное кольцо, которое сейчас оставляет ледяные ожоги на коже, сдавливая до боли.
Сквозь туман смотрю, как Сэм радостно смеется, прикасаясь кончиками пальцев к лицу Мэтта, что-то отвечая на его шутку и, наклоняясь, целует его в губы.
Я отвожу глаза в сторону, ощущая, как земля начинает бешено вращаться вокруг меня. Уже привычно прижимаю ладонь туда, где остались шрамы… Ранила меня, девочка. Глубже, чем я мог представить, насквозь. Приколола мое сердце к своему, как бабочку.
Чертовка.
Мне больно, не потому что рана еще свежа. Причина в другом.
Глядя на влюбленных новобрачных, которые так много расставались, сходились и мучили друг друга, я понимаю, что… выбор у меня был.
Выбор всегда у меня был.
– Ладно, Джар, не тухни, давай, лучше еще выпей, дружище, – вспоминает о моем существовании Мэтт, я поднимаю на него полуослепший взгляд. Они оба смотрят на меня, и Саманта едва сдерживается, чтобы не задать самый главный вопрос, который не дает ей покоя. Не смогу ей соврать сейчас… Нужно уйти, чтобы не наломать дров.
– Мне пора… я искренне поздравляю вас обоих, Мэтт, Сэм. Извините, что без подарка…
– Брось, какие подарки, – хмурится Калиган, – Ты только пришел. Посидим давай.
