Автор
В безоблачном отпуске Светлана осознает глубину своих проблем. Ее тайный диагноз медленно выносит из мира шумной жизни в маленький городок Тандор, где она ищет свой второй шанс на счастье. Атмосфера заброшенного курорта сочла Светлану для того, чтобы загадочная меланхолия начала медленно растворяться....
Самое время вспомнить, что мне досталась именно огненная стихия и развести костер, чтобы согреться. Набрав тут же, неподалеку веток посуше, сложила их шалашиком и мысленно попросила огненный цветок распуститься. Как ни странно, это у меня выходило всякий раз, не приходилось даже прилагать особых усилий.
Стоило мне опустить цветок в центр дровяного шалашика, как костер начал бодренько разгораться. Никаб я сняла первым делом, повесив его тут же, на ближайшую ветку для просушки, а сама тряхнула мокрыми волосами, расправляя.
Что это было? Взаимодействие со стихией заставляет их двигаться и расти? Или что-то другое? Как бы то ни было, если все мое лицо станет покрыто золотой россыпью, скрыть это будет невозможно, значит, пока лучше избегать контакта с огнем, на всякий случай.
Что ж, придется эту ночь провести здесь, не продвигаться же дальше полностью мокрой. Спать не хотелось, может, попробовать поохотиться? Допустим, запулить огнем в какую-нибудь зверушку я сумею, теоретически, да только где ж ее взять? — оглядываясь вокруг, размышляла я.
— Лорор, ты умеешь охотиться? — спросила давно голодного друга. Ответом мне стало возмущенное хрипение. — Что? Это значит да? Или нет? — тут гирт притопнул лапой, и я поняла, что ответ нет. А жаль, хотя, я и так это знала раньше. Как назло, мимо даже птичка никакая не пролетела, будто чувствуя, что я готовлюсь использовать свою стихию в бою.
Спустя несколько часов одежда достаточно просохла, да и ботинки тоже. Костер я затушила, просто позвав огонь и впитав его в себя. Это вышло так легко, будто я ежедневно проделывала такую процедуру. Прогоревшие угли все же немного засыпала мокрой землей с берега реки. Ополоснула руки в холодной воде и запрыгнула на своего друга. Предложила ему булку, ящер ее с удовольствием съел. Бедненький мой! — погладила Лорора по шее. — Совсем оголодал.
