Автор
Снежана готовится к работе, переставляя детали скульптуры, созданных своими руками. Устала от дня за днем, но рада тому, что сегодня будет немного больше времени для саморазвития и творчества. Каждое кружево и каждая булавка на месте, как в сказке о кружевных балеринах.
А что случилось?
Зимин выдохнул. Нет, здоровье тут ни при чем. Но тогда что может быть общего у Снежаны с этой женщиной?
– Простите, но я не могу найти свою жену, а вы были предпоследним человеком, с которым она сегодня разговаривала. Это было в районе десяти утра. Мне бы хотелось узнать, о чем именно вы говорили.
– Вы – муж Снежаны? – В голосе собеседницы послышалось удивление. – Хотя да, она говорила, что ее фамилия по мужу Зимина. Но я не очень понимаю, почему вы так волнуетесь?
– Потому что моя жена ввязалась в доморощенное расследование преступления и может быть в опасности, – сказал Зимин, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.
– Преступление? – недоуменно уточнила Александра Белокопытова. – Мы не говорили ни о каком преступлении. Мы обсуждали клад, который оставил в России военнопленный Клеменс Фальк для своей возлюбленной Надежды Строгалевой, и тех, кто может юридически претендовать на него.
– Преступлением является предумышленное убийство Лидии Андреевны Кудрявцевой, в девичестве Строгалевой, – ответил Зимин скучным голосом. – Об этом моя жена вам не говорила?
– Нет. – Теперь в голосе собеседницы звучала тревога.
– Да. Это убийство. Скажите, у вас нет подозрения, кто может быть к этому причастен? Кто, кроме вас, знал историю об изумрудах?
– Моя пациентка, та самая, что приходится Надежде Андреевне дочерью. Ее зовут Анна Валентиновна Шувалова. Ей рассказал про клад ее отец Клеменс Фальк. Естественно, что также знает ее сын Павел и его жена Ольга, а также, подозреваю, двое их детей, которые тоже уже достаточно взрослые.
Зимин быстро записывал в блокнот, который всегда носил с собой.
– Я, приехав в Вологду перед Новым годом, рассказала историю с украденной статуэткой своему бывшему мужу. Он тоже ученик Надежды Андреевны. И еще одному нашему другу. Но это произошло, как я теперь понимаю, уже после того, как Лидия Андреевна умерла. Мы не виделись тридцать лет и встретились случайно в парке.
