Автор
Сара Ричардс, ставшая профессиональным официантом в Виста-дель-Мар, не могла пройти мимо улыбки своего школьного любовника Рейфа Кэмерона. Но этот вечер станет последним, когда она будет уверена, что ее кофе никогда не испортит их счастье. Постепенно вспоминая детали того момента, Сара понимает, как ошибка могла разрушить всю её жизнь и любовь. В Танце лунного света, Манн раскрывает драму двух сердец за пределами теннисной сцены....
— Он наконец повернулся к ней. Его лицо было знакомым, но оценивающее выражение голубых глаз — новым и тревожащим. — Давай перейдем к делу. Зачем пришла?
Сара вскинула подбородок. Она не даст ему запугать себя.
— Я хочу загладить свою вину. Как насчет домашнего ужина?
Он подозрительно прищурился:
— Ты приглашаешь меня поужинать с тобой?
— В память о былой дружбе. — В первую очередь она должна была помочь своей семье, и потом, ей самой хотелось избавиться от гнетущего ощущения, оставленного их прощанием. — Протягиваю тебе оливковую ветвь, объявляю перемирие.
— У тебя?
— Да, у меня в семь. — После смерти Квентина никто, кроме родных, не переступал порог их дома. Сара тяжело сглотнула, пытаясь успокоить рвущееся сердце. — Мне, конечно, далеко до шеф-поваров дорогих ресторанов, но у меня хороший задний двор, и барбекю я готовить умею. В память о былой дружбе, — повторила она.
Повинуясь внезапному порыву, она протянула ему руку и застыла в глупом ожидании, что он примет ее, и в страхе, что оттолкнет.
Рейф вытащил руку из-за спины и сжал ее ладонь.
Сара очень любила Квентина. Она не испытывала к нему такого бешеного влечения, как к Рейфу, но ей очень не хватало их спокойной, уютной жизни, которую они кропотливо созидали каждый день. Так почему же ей так хотелось сжать руку Рейфа и притянуть его к себе? В его глазах мелькнуло что-то, но оно исчезло так быстро, что Сара не поняла, что конкретно это было.
— Тогда увидимся в семь.
— Отлично. — Она попятилась, пытаясь не глядя нащупать ручку двери. — Наконец-то у нас будет шанс все обсудить.
Она нашла ручку и с облегчением выдохнула. Все прошло лучше и легче, чем она ожидала. Может, и вечером ей придется не так тяжело?
— Сара."
"Она остановилась как вкопанная. Ее натянутые нервы тоненько пели, когда она посмотрела через плечо:
— Что?
— Я бы предпочел чизбургер, а не барбекю.
Его самодовольная ухмылка достаточно ясно сказала ей, что он знает, какие воспоминания его замечание вызовет в ее памяти. Та ночь, когда он влез к ней в спальню через окно, их пикники на пляже и короткие, урывками, свидания… Значит, Рейф помнил все так же хорошо, как она. Что ж, четырнадцать лет назад Сара поверила, что он не сделает ей больно, а он разрушил ее жизнь.
