Автор
Сара Ричардс, ставшая профессиональным официантом в Виста-дель-Мар, не могла пройти мимо улыбки своего школьного любовника Рейфа Кэмерона. Но этот вечер станет последним, когда она будет уверена, что ее кофе никогда не испортит их счастье. Постепенно вспоминая детали того момента, Сара понимает, как ошибка могла разрушить всю её жизнь и любовь. В Танце лунного света, Манн раскрывает драму двух сердец за пределами теннисной сцены....
— Я так рада, что ты смог купить машину, о которой всегда мечтал.
— А я рад, что наконец смог тебя в ней прокатить.
И еще он был рад, что она помнила о том, о чем он мечтал. Она не выкинула его из головы полностью, что бы ни говорила. Из динамиков лились старые мелодии, которые тоже должны были напомнить ей о прошлом.
Сара повернулась к нему. Кондиционер наполнял салон ее запахом.
— Что ты делал все это годы, кроме собирания гор денег?
— А ты не следила за моими успехами? — подколол он, стараясь смотреть на дорогу, а не на ее маленькое черное соблазнительное платье.
— Ну да, конечно. — Она тихонько рассмеялась. — Я прямо вижу, как пошатнулась твоя самооценка.
Он не мог позволить себе сомневаться в самом себе. Кто-то считал его надменным — ему было плевать на это, поэтому он промолчал.
— Рейф? Так ты расскажешь, что делал? — настойчиво повторила Сара.
Что ж, вреда не будет, если он расскажет ей.
— Работал строителем в Лос-Анджелесе, подкопил денег, потом пошел в вечернюю бухгалтерскую школу…
— Подожди, — перебила она.
Ее шок уязвил его. Помимо всего прочего это значило, что она действительно не следила за ним, не пыталась узнать что-то о его жизни. После его отъезда ее жизнь не кончилась. Рейф сжал руль.
— Да, я бухгалтер… — начал он и замолчал, когда она захихикала. Он бросил на нее осторожный взгляд: она прижимала руку к вырезу платья. — Что смешного?
Она перестала смеяться, но улыбка не пропала с ее лица.
— Ты никогда не мог похвастаться хорошим чувством юмора.
— Ну, тогда помоги мне понять свою шутку, — сухо сказал он.
— Я просто удивлена твоим выбором профессии. Ты не похож на скопидома, который живет в хижине и трясется над каждым центом.
Объяснение немного успокоило его.
— Я научился зарабатывать деньги, узнал законы их обращения и как сделать так, чтобы никто не отнял их у меня. И вот я глава огромной корпорации, которого все знают и любят.
— Что ж, некоторое чувство юмора у тебя все-таки есть.
Она снова засмеялась, и Рейф почувствовал, как этот звук отдается в каждой клетке его тела.
— Оно появляется, когда нужно мне, но, как правило, в нем нет нужды. У меня нет цели очаровать весь мир. — Он заправил шелковистый локон ей за ухо, и желание пронеслось по его венам с ревом, заглушившим рев мотора. — Я хочу завоевать весь мир.
— Держи обе руки на руле, пожалуйста. — Она отвернулась, но от его взгляда не укрылось, как поднялась и опустилась ее грудь.
