Автор
В Танце теней свадьба становится драматическим действом: тысячи гостей, оружие и атмосфера предательства — все это в церкви, где невеста должна стать новой женою. Враги среди друзей нарушает хоровое пение, открывая тайны семьи жениха и свадьбы.
Выскочив из машины, она подхватила сумку, отнесла в свою комнату и остановилась как вкопанная. Дверь в комнату Ноа была распахнута. Постель расстелена, на подушке – шоколадки. Ее постель не тронута.
Джордан покачала головой и рассмеялась:
– Удивительно, что Амелия Энн не ждет тебя в кровати!
Ноа тоже улыбнулся:
– Она не в моем вкусе.
Ее так и подмывало спросить, какой у него вкус, но она сдержалась, схватила пижаму и направилась в ванную, где приняла душ и вымыла голову. К этому времени она успела немного прийти в себя, и такой путаницы в мыслях больше не было.
Снимая с кровати покрывало, она заметила, что Ноа говорит по телефону и время от времени смеется. Должно быть, беседует с Ником.
Она только устроилась на кровати с копиями документов, как в комнату ворвался Ноа.
– Ник просит позвонить ему на сотовый. Только погоди немного. На другой линии у него Моргенштерн.
Он вручил ей свой мобильник.
– Пойду в душ. И, что бы ни случилось, никому не открывай.
– Есть, командир!
Не успел Ноа уйти, как Джордан вспомнила, что не спросила, сказал ли он Нику о Ллойде. Скорее всего да. Впрочем, мог и предоставить эту радость ей. Она не хотела, чтобы Ник возвращался в Сиринити. Если все пройдет хорошо, завтра она уже будет на пути в Бостон.
Аккуратно сложив копии, она набрала номер брата. Ник ответил почти сразу и, не позаботившись поздороваться, воскликнул:
– Значит, нашла еще одного? Как это тебе удается?!
Глава 23
Джордан сидела на кровати, читая очередное леденящее кровь повествование о Бьюкененах и Маккенна.
Она была так захвачена чтением, что не замечала стоявшего в дверях Ноа.
Тот безуспешно приказывал себе повернуться и идти спать, но не мог пошевелиться. Она притягивала его, а он ничего не понимал. Ему нравилось быть рядом, болтать с ней, слушать безумные теории и истории, видеть улыбку. Но самым чудесным ее качеством была способность смешить его.
Он решил, что она чертовски хорошенькая. Даже когда, как сейчас, нацепила очки. Он не знал, почему именно ее очки так его заводят, но что есть, то есть. Будь очки на ней, когда они столкнулись в Натанз-Бей, он бы специально стал смотреть поверх ее головы, чтобы не отвлекаться. Как-то доктор Моргенштерн заметил, что он делает, и высказался по этому поводу.
