Автор
В Танце теней свадьба становится драматическим действом: тысячи гостей, оружие и атмосфера предательства — все это в церкви, где невеста должна стать новой женою. Враги среди друзей нарушает хоровое пение, открывая тайны семьи жениха и свадьбы.
– Что было потом?
– Я скажу, что случилось, – прошипел Маккенна и, уронив вилку, подался вперед. – Король Вильгельм был взбешен, полагая, что Маккенна ослушались приказа, и в качестве наказания велел им заплатить огромную дань и уступить добрую часть своей земли. Но, что хуже всего, они десятилетиями пребывали в немилости у монарха.
Довольно кивая, он поднял вилку и насадил на зубцы кусочек томата.
– Нет ни малейшего сомнения в том, кто послал гонца и устроил погром во владениях Маккенна.
– Позвольте мне предположить: Бьюкенены, разумеется?
– Именно, дорогуша.
Последние два слова он почти прокричал. Головы обедающих стали поворачиваться в их сторону. Но Джордан ни на что не обращала внимания. Хочет устроить сцену – ради Бога!
– Существует ли надежное доказательство, что именно Бьюкенены послали гонца или нападали на земли Маккенна?
– Никакого! – отрезал он.
– Значит, все это только сплетни и сказки."
"– Бьюкенены были единственным кланом интриганов и негодяев, желавшим дискредитировать всеми уважаемых Маккенна.
– Приятно слышать это из уст Маккенны. Вы никогда не думали, что все было перевернуто с ног на голову и что именно Маккенна атаковали Бьюкененов?
Судя по злобной гримасе, Джордан довела собеседника до точки.
– Мне известны все факты! – завопил он, стукнув кулаком по столу. – Не забывайте, все начали Бьюкенены. Именно они украли сокровище Маккенна.
– Нельзя ли узнать, что это за сокровище? Именно этот вопрос больше всего волновал ее.
– Нечто очень ценное и по праву принадлежавшее Маккенна, – пояснил он и, неожиданно выпрямившись, нахмурился.
Джордан не понимала, почему позволяет этому человеку безнаказанно оскорблять себя, и неожиданно преисполнилась решимости защитить честь своей семьи.
– Вы знаете разницу между фактом и фантазией, профессор?
Беседа становилась все более накаленной. Оба едва удерживались от крика, хотя Джордан немного увлеклась, подбирая меткие эпитеты для его клана.
Но разговор стих, когда принесли обед. Джордан не верила глазам, таращась на гигантский ломоть почти сырого мяса, поставленный перед профессором.
